Читаем Песнь крысолова полностью

– Посмотрите, какой храбрый следователь. Ваше правосудие действует так же, как и беззаконие. Если человек – никто, не сковывай себя ничем, ровняй их и дальше с землей ради своих целей. Но если мы – нули, то и отнять у нас больше, чем это уже сделали другие, ты не сможешь. Так почему мы должны соглашаться с твоими условиями?

Мариус уважительно кивнул, признавая ее логику, но возразил:

– Будь вы нулями, не оказывали бы сопротивления. – Затем указал на Полетаева, который обливался тройным потом. – Ему, кажется, есть что терять. Не хочет он назад в Россию. Да и ты от чего-то бежишь.

Неожиданно она молниеносным движением подтянула к себе сидящего рядом Джей Пи, и у его шеи сверкнуло острое лезвие складного ножа. Медленно Санда двинулась в дальний угол, имея в поле зрения обоих: следователя и его сподручного.

– Порежу его, если нажмешь на курок, – тихо сказала она Луке. – Убьешь меня, убьешь его. И его родители вас засудят.

– Положила нож! – крикнул Лука, целясь ей в голову. – У тебя вообще нет шансов выйти!

Джей Пи водил туда-сюда выкатившимися глазами и пока не очень понимал, что происходит.

Мариус заинтригованно дал ассистенту знак не стрелять.

– Давай договоримся, Санда. Хочешь… я дам тебе фору? Расскажешь мне все, а потом уходите, и я обещаю не искать час. У тебя будет целый час.

– Отпускай его, – она кивнула на Полетаева, в ступоре следящего за этой сценой. – Он выходит отсюда.

Воцарилось молчание, в котором, казалось, растворились даже биты клуба. Лука переводил взгляд с Мариуса на Санду, а она смотрела на них немигающим взглядом, прижимая нож к горлу Джей Пи.

Мариус коротко кивнул Александру, и тот пулей вылетел из кабинета. Теперь они остались вчетвером.

– И что дальше? – вопросил он.

– Я тебе расскажу кое-что, попробуй поверить, – вкрадчиво начала она, не отрывая от него страшных, черных глаз. – Ты, конечно, из-под земли меня отроешь. Но это как лечить симптомы, а не болячку. Зараза здесь, в этом месте. Детей похищают для ритуала. Организатор киднеппинга – местный дилер Вивьен Шимицу, которую покрывает владелец клуба Мельхиор Кац. Докажешь их причастность – вырвешь все цветы зла на корню. А хочешь… гоняйся за мной. Но после меня ничего не закончится. Подумай об этом, Ионеску.

Джей Пи хотел было что-то сказать, но боялся, что случайное движение приведет к вскрытию сонной артерии.

– Твоя сестра пропала вместе с другими пациентами в Вальденбрухе. Как это связано с твоими похищениями детей?

Она молчит. Мариус вопросительно поднимает брови и повторяет свое предложение:

– Час форы. Я серьезен. Я дам тебе время, чтобы уйти. Но ты должна отвечать на мои вопросы.

– Я не знаю, – наконец отрывисто произносит она. – Может, ты мне сообщишь, когда разузнаешь?

– Хорошо. Тогда скажи, скольких ты похитила для этого ритуала.

– Около сорока детей в течение последних пяти лет.

– Почему полнолуние, Санда?

Половина ее скрыта за Джей Пи, и она походит на странную ожившую тень.

– Так велела Шимицу. Это часть ритуала. Почитай Мориса Сендака. «Где-то снаружи». Ты поймешь… Отходите от двери в дальний угол. Оба.

Лука не сдвинулся с места, а Мариус слегка отступил.

– Что за ритуал?

– Я не знаю. Мы пытаемся это понять.

– В чем его суть?

– Почитай Сендака, черт возьми. Отходите, или я начну его резать.

Мариус дал Луке знак, и они начали отступать в угол, в то время как Санда бесшумно перемещалась к двери, по-прежнему держа их в поле зрения.

– Можешь предоставить доказательства причастности Шимицу и Каца к этому делу?

– Могла бы, если бы отдала тебе свой телефон, но он мне пока нужен. Обещаю, Ионеску, я тебе его сама вышлю с пин-кодом, если выберусь живой и решу все свои дела.

Она почти дошла до двери, и, прежде чем исчезла бы, Мариус задал последний вопрос:

– Зачем ты стала это делать, Санда? У тебя был выбор.

В уголках ее губ обозначились жесткие складки. Она стояла спиной к полуоткрытой двери, и их время выходило.

– У тебя тоже. Но ты стал тем, кем ты стал.

С этими словами они с Джей Пи выскользнули в коридор.

Лука был готов ринуться за ними, но Мариус перехватил его на полпути.

– Вы серьезно с форой? – охренел Лука.

Мариус тяжело моргнул. Ему действительно хотелось помочь Санде? Абсурд…

– Вы спятили!

С этими словами Лука бросился следом, и спустя мгновение к следователю вернулось чувство, что надо действовать. Санда гипнотизировала своей паучьей пластикой и матовостью зрачков. Возможно, поэтому и брели за ней все эти дети.

«Дурак старый!» – досадливо сказал он себе, несясь по неоновым коридорам клуба.

Перед ним столпились существа непонятного пола, которые дымили, как черти, что усугубляло и без того плохую видимость. Кто-то засмеялся вслед сюрреалистичным, дробящимся смехом, и он словно сам раздвоился в этих сумасшедших коридорах.

Лука бежал впереди. В разряженных вспышках света виднелись чужие лица.

– Полетаев! – заорал он и сломя голову бросился в сторону бара.

Где-то в конце зала мелькнула куртка с ухмыляющимся Джокером.

– Нет, туда! – крикнул Мариус.

Похоже, тот его и не расслышал.

Невольно им пришлось разделиться.