Читаем Песчаные короли полностью

Они улыбнулись друг другу. При этом губы человека слегка изогнулись, а губы иштарианца вытянулись вперед. Теперь Ларекка в свою очередь рассматривал девушку. Они обменивались радиограммами, изредка говорили по телефону, но не встречались уже семь лет с тех пор, как девушка была направлена в Валленен, в Зеру. Он был слишком занят борьбой с суровой природой и усилившимся бандитизмом, а она сначала училась, а потом была занята своей карьерой. Если бы она занималась карьерой Веронена и Архипелага Ирэны, где было еще много темных мест, Ларекка был бы только рад этому. Но она решила заняться изучением великих тайн Валленена, а этот материк был небезопасен. Ларекка был обеспокоен этим, так как он любил Джиль.

Она изменилась. Сотня лет дала Ларекке возможность близко сойтись с несколькими людьми, с которыми он потом дружил всю жизнь. Поэтому он имел возможность наблюдать изменения, происходящие у людей в процессе жизни. Он оставил Джиль еще ребенком, подростком, а сейчас она была уже совсем взрослая.

Одетая в обычную блузу и брюки, она стояла перед ним, высокая, длинноногая, стройная. Лицо у нее было узкое, на нем выделялся широкий рот с пухлыми губами, классически прямой нос, голубые глаза с густыми ресницами. Что-то орлиное было в ее взгляде. Солнце позолотило ее кожу. Густые темно-русые волосы спадали на плечи и их подчеркивало серебряное кольцо, которое подарил ей когда-то Ларекка.

— Да, ты уже взрослая и можешь выходить замуж, — согласился Ларекка. — За кого и когда?

Он не ожидал, что она вспыхнет и неразборчиво пробормочет:

— Пока не собираюсь, — и тут же она сменила тему:

— Как семья? Мерса с тобой?

— Я оставил ее на ранчо.

— Почему? У тебя жена гораздо лучше того, чего ты заслуживаешь, насколько я знаю.

— Только не говори ей это. — Он стал серьезным. — Я еду в Сехалу на Ассамблею, а затем мне срочно придется вернуться в Валленен.

Джиль долго стояла молча, а потом тихо спросила:

— Неужели дело так плохо?

— Очень.

— О, — снова пауза. — Почему вы не скажете нам?

— Все началось перед рассветом. Сначала я не был уверен, но когда все узнал, я позвонил и просто попросил собрать Ассамблею. После этого я сел на корабль.

— Почему ты не позвонил нам и не попросил самолет?

— А зачем? Вы не смогли бы доставить всех. Я сомневаюсь, что у вас столько самолетов, чтобы хватило на всех членов Ассамблеи. Так что она в любом случае не началась бы, пока не соберутся все. Поэтому я и отправился в это путешествие обычным путем. — Он вздохнул. — Этот год был очень трудным и мы с Мерсой нуждались в отдыхе. Путешествие и послужило нам отдыхом.

Джиль кивнула: он мог бы и не объяснять ей, почему он поехал так. При обычных условиях самым коротким путем был путь водный. Но сейчас близилось Время Огня. Усилились штормы и существовала большая опасность кораблекрушения. Поэтому Ларекка и совершил большую часть путешествия по суше.

— Впрочем, я все равно была в поле. Бродила возле Каменных Гор и вернулась только позавчера. Так что, вероятно, я не знаю того, что уже знают Год и Ян Спарлинг.

Год — Годдард Ханшоу — был майором.

— Нет, они ничего не знают кроме того, что собирается Ассамблея. Я не мог позвонить им во время путешествия. Поэтому я и остановился здесь переговорить с вашими лидерами, прежде чем явлюсь в Сехалу.

Джиль снова кивнула.

— Я забыла, прости.

Мы с нею в разных лодках, подумал Ларекка. Портативные передатчики, способные связаться с релейными станциями землян, были установлены по всему южному полушарию. Но чтобы наладить связь с северным полушарием, требуются намного более мощные передатчики. Поэтому там установлено только пять таких станции… Поэтому, когда Ларекка удалялся от этих станций, приближаясь к центру цивилизации, его передатчик становился глух и нем.

Джиль взяла его за руку.

— Они тебя не ждут? Тогда позволь мне все устроить. Я тоже хочу послушать то, что ты сообщишь.

— Почему же нет? Хотя тебя вряд ли понравится то, что ты услышишь.

Прошел час. Джиль металась по городу, собирая нужных людей. Тем временем Ларекка отвел свой отряд в единственную гостиницу, которой гордилась Примавера. Там подавали пиво, вино, изредка обед. И она была предназначена для транзитных путешественников, людей, которые прибыли сюда и еще не обзавелись хозяйством, и для гостей-иштарианцев. Ларекка проследил, чтобы все его воины устроились как положено, и предупредил хозяев, что счет будет оплачен городом по договору. Он не стал говорить воинам, чтобы те вели себя соответственно. Это были хорошие воины и они всегда заботились о чести легиона.

Себе он комнату не взял. Джиль писала ему два года назад, что переехала от родителей в отдельный коттедж, где есть комнаты, специально приспособленные для иштарианцев. Там жили те ученые-иштарианцы, с которыми она иногда вместе работала. Джиль писала, что когда он будет в городе, то должен непременно остановиться у нее.