— Да, их деревянные части, после чего все остальное обваливается. И вот доктор Саксовер и его сотрудники занялись этим. Известно, что термит пережевывает и проглатывает дерево, но сам переварить его не может, как и люди. У него внутри живет особый паразит, расщепляющий целлюлозу, которая содержится в древесине. И только после этого термит может эту древесину усвоить. Так вот, сотрудники Даррхауза исследовали этого паразита и начали искать химические вещества, которые были бы для него смертельными. Наконец они нашли яд, эффективный и, самое главное, безопасный в употреблении. Его дали термитам; термиты продолжали грызть дерево, но без паразита они не могли его переварить и сдохли с голода. В Даррхаузе это вещество назвали “АР-91”, потом запатентовали, и доктор Саксовер предложил его “Национальному химическому концерну”, указав, что оно будет иметь большой спрос в тропических странах. Концерн опробовал это вещество, подтвердил его эффективность и дал согласие на его производство. И теперь его продают повсюду в тропиках под названием “Терморб-6”, а доктор Саксовер получает проценты с каждой проданной банки. Только одно это приносит ему в год тысячи, а ведь есть еще множество других патентов. Вот тебе общее представление о том, что там делается.

— Белые муравьи! Как страшно! — сказала миссис Брекли. — Я не хотела бы работать с муравьями.

— Но это только одна из проблем, мама. Одновременно исследуется множество других.

— Интересное место. А сколько там сотрудников?

— Точно не могу сказать. Около шестидесяти, я думаю.

— И много среди них девушек?

— Конечно, мама. Но правила благопристойности не нарушаются. Я слышала, что там довольно часто справляют свадьбы. Хоть я совсем не знаю, как ты смотришь на это. Но ты не волнуйся, у меня нет пока ни малейшего желания пополнить ряды замужних.

— Дорогая моя, такие слова всегда означают…

— Знаю, мамочка, знаю… О! Ты еще не видела моего нового платья, которое я купила для предстоящего разговора в Даррхаузе. Пойдем наверх, я покажу тебе его…

ГЛАВА ВТОРАЯ

Диана никогда не подумала бы, что из-за своего нового платья она рисковала не устроиться на работу. И не потому, что с платьем было что-то не в порядке, как раз наоборот. Оно было сшито из тонкой шерсти светло-зеленого цвета, который так подходил к ее каштановым волосам, и, как почти все ее вещи, выглядело гораздо дороже, чем это было на самом деле. Как известно, нет специальной фирмы для молодых ученых, и по манере одеваться их можно разделить на две категории: те, которые носят не очень хорошо скроенную, но аккуратную одежду, и те, одежду которых опрятной не назовешь. Диана же явно не принадлежала ни к одной из этих категорий. Ее внешний вид вызвал у Френсиса Саксовера недоверие. Квалификация Дианы его удовлетворила. Люди, которые ее рекомендовали, да и сами рекомендации были солидными. Ее собственное письменное заявление оставило у него положительное впечатление. В самом деле, все говорило в ее пользу, пока ее личный приезд не насторожил Саксовера.

Дело в том, что за свое почти десятилетнее руководство Даррхаузом Френсис стал весьма осторожным. Он, вдохновитель и организатор рискованного замысла, не мог предвидеть, что обстоятельства сделают его в какой-то мере патриархом общины, которую он сам создал. Это положение заставляло его внимательно приглядываться к каждому кандидату, и вот сейчас он изучал взглядом, полным подозрения, привлекательную и необычную мисс Брекли.

Что же касается Дианы, то ее удивляло, почему после таких хороших предсказаний и многообещающего начала ее личная встреча с Саксовером оказалась довольно неудачной. Она бы все поняла, если бы смогла хоть одним глазком взглянуть на своих предшественниц, воспоминание о которых промелькнуло в голове ее нанимателя. Он вспомнил некоторых менее необычных личностей, нежели Диана, которые, как выяснилось потом, оказались спичками в пороховом погребе.

Например, мисс Трегарвен — с глазами, как ягоды терновника, и весьма горячим темпераментом. Она была способным биологом, но, на беду, еще и девушкой, комнату которой украшала гирлянда небольших сердец из китайского фарфора; эти сердца она с удовольствием разбивала одно за другим.

Была и мисс Блю, хорошенькая куколка с задатками талантливого химика и насквозь фальшивым выражением ангельской невинности. Всеобщее ухаживание за мисс Блю наконец достигло своего апогея в поединке, который состоялся одним росистым утром, на опушке, между химиком и биологом. Во время дуэли химик ранил биолога в левое плечо, и тот, рассвирепев, отшвырнул оружие и начал тузить противника кулаками. А мисс Блю, которая выскочила прямо из постели в одном белье, чтобы понаблюдать за битвой из кустов, сильно простудилась…

А мисс Котч… Она была мастером своего дела в работе с аминокислотами, но совсем беспомощной в личных делах. Ее чересчур доброе сердце не позволяло ей причинять боль людям, и она ухитрилась каким-то образом тайно обручиться с тремя своими сослуживцами сразу. А потом, не найдя выхода из этого положения, она исчезла.