Читаем Песчаные короли полностью

— Это аморально, — пожаловался главный управляющий. Он окинул взглядом коллег, которые собрались на обычную утреннюю планерку в конторе фирмы “Искусство привлекательности”. — Четыре раза я пытался убедить эту женщину открыть счет вместе с нами; и каждый раз ответ был один и тот же: она не собирается создавать большое предприятие, массовый рынок ее не интересует, она зависит от частных рекомендаций. Я сказал, что в один прекрасный день она будет вынуждена расширить дело, и мы с радостью поможем ей провести рекламную кампанию. Я нарисовал перед ней обычную картину — расширение или разорение, но она все равно отказалась. А теперь посмотрите на это! Кто завладел ею? Кто торгует ее делами? Торгует — так я сказал? Просмотрите сегодняшние газеты. Какая глупость!

— Кто бы это ни сделал, он попирает интересы всей области, — сказал заведующий финансами.

— Нам надо бы найти его и заставить замолчать, — предложил кто-то. — Он не дурак, умеет создавать впечатление, надо сказать.

Главный управляющий фыркнул:

— Все это может подорвать веру в честность рекламы. Вселять надежду и веру — это одно дело, претендовать на чудеса — совсем другое.

Самый младший член группы несмело прокашлялся. Он не так давно окончил Оксфорд и стал акционером фирмы год назад. Но он приходился племянником управляющему, поэтому все обернулись в его сторону.

— Меня удивляет… — начал, он. — Я хочу сказать, мне кажется, мы все уверены в том, что это сплошной обман. А фактически каждая утренняя газета… — Он не закончил, смущенный выражением их лиц. — Лишь идея… — добавил он тихо.

Управляющий сочувственно покачал головой:

— Невозможно, конечно, разобраться во всем за несколько месяцев, Стефан. Мне все равно, кто это делает, но это аморально!

Телеграмма министру внутренних дел:

— Я… э… я… я хочу знать ваше мнение о моем возрасте, доктор.

— Мадам, я здесь не для того, чтобы льстить своим пациенткам или разгадывать шарады. Если у вас нет свидетельства о рождении, обратитесь с Сомерсет-хауз.

— Но могло же случиться недоразумение. Я хочу сказать, бывает путаница, разве это не так? Это может быть и не мое свидетельство… Кто-то мог ошибиться, записывая в книгу, правда?

— Но это почти невозможно.

— Все равно, доктор. Я хочу увериться. Не могли бы вы…

— Если это какая-то игра, мадам, то я не принимаю участия….

— О нет, прошу вас, доктор…

— Я уже тридцать пять лет занимаюсь врачебной практикой, мадам. И за все это время ни у одного из моих пациентов, разве что совсем уж старых, не возникало сомнений относительно их возраста. И вдруг сегодня утром ко мне приходят две леди и требуют определить, сколько им лет. Это же абсурд, мадам.

— Но… я хочу сказать… Это стечение обстоятельств.

— Кроме того, это невозможно. Самое большее, что я могу сделать, это сказать приблизительно.

— Именно так вы ответили той первой леди?

— Я… э-э… да, очень приблизительно.

— Тогда, пожалуйста, не откажите и мне, пусть будет также очень приблизительно. Это так важно для меня…

— Три кофе, пожалуйста, Крис. Послушайте, парни, дела на бирже не улучшаются. Знающие люди говорили, что до конца недели все устроится. В субботу утром многие газеты удивлялись, почему в пятницу они впали в такую панику.

Когда биржа открылась, казалось, не произошло никаких изменений. Но это продолжалось минут десять, а потом снова началась паника. Цены полетели вниз, как осенние листья.

— Однако… о, спасибо, Крис… вот это девочка! Нет, Крис, если ты будешь пренебрегать мной, я пожалуюсь лорду-мэру, и он устроит тебе выволочку! Да, на чем это я остановился?

— Вы сказали “однако”.

— Неужели? Странно, почему? Если в этом антигероне что-то есть, почему же никто не подтверждает и не опровергает этого официально? Тогда бы мы знали, что делать.

— А вы сегодня читали газету?

— В газете об этом не сказано ни слова.