— Нет. Я хотела увидеть, что произойдет. В конце концов если я права, то у меня будет еще достаточно времени ждать, а если ошибаюсь, то все это не имеет никакого значения. Я знаю вас, Диана. Я вам доверяю. У меня прежде не было причин вмешиваться. А теперь они у меня есть, и я хочу о многом расспросить вас.

Диана взглянула на нее.

— Хорошо, — согласилась она и бросила взгляд на часы. — Но у меня есть всего лишь полчаса.

— Сначала основной вопрос, — Если лечение прекратить, начала Жанет. — не пойдет ли старение с той же скоростью, с какой оно замедлялось?

— Нет, — ответила Диана. — Обмен веществ просто вернется в норму.

— Это уже легче. А то меня немного мучила мысль, что вдруг за пять минут я превращусь из женщины средних лет в старуху. Теперь о побочных эффектах и реакции на стимуляторы. Мне интересно, не обнаружила ли я…

Вопросы сыпались дольше чем полчаса, пока их не прервал телефонный звонок. Диана подняла трубку. Послышался голос мисс Толвин:

— Извините, мисс Брекли. Я знаю, что вы запретили беспокоить вас, но мисс Саксовер звонит уже третий раз. Она говорит, что у нее очень важное и срочное дело.

— Хорошо, Сара. Соедините меня с ней.

Диана сделала знак рукой леди Тьюли, которая собиралась выйти, чтобы та подождала.

— Алло, Зефани. В чем дело?

— Это связано с Дарром, Диана, — услышала она голос Зефани. — Папа говорит, что будет разумнее, если он сам не станет звонить вам.

— Что случилось?

— Там был пожар. То крыло, где жилые помещения, почти полностью сгорело. Отец едва спасся.

— С ним все в порядке? — спросила Диана взволнованно.

— Да. Ему удалось выбраться на крышу и перейти в главное здание. Огонь в крыле, к счастью, удалось погасить, и он не распространился дальше, но папа очень хотел сообщить вам, что, по мнению полиции, пожар возник не случайно.

— А кому это было нужно? Ведь нет причин…

— Он говорит, что полиция считает, будто сначала была совершена кража со взломом, а потом уже подожгли крыло, чтобы скрыть следы. Невозможно, конечно, узнать, что они могли взять. Но мне велено передать, чтобы вы не волновались, знаете о чем. Там не было ничего, имеющего к тому хоть какое-то отношение.

— Понимаю, Зефани, и это очень хорошо. Но твой отец… Ты абсолютно уверена, что с ним все в порядке?

— Абсолютно, Диана. По его словам, у него поцарапано колено и порвана пижама — вот и все.

— Слава богу, — облегченно вздохнула Диана.

Обменявшись еще несколькими фразами с Зефани, Диана положила трубку. Ее рука заметно дрожала. Несколько минут она смотрела в стену оцепеневшим взглядом, пока Жанет Тьюли не вывела ее из этого состояния.

— Многие из них подкрались к нам уже чересчур близко, — сказала Диана, скорее самой себе. — Время действовать… Нет, не уходите, Жанет. У меня есть для вас работа. Минутку…

Она снова взяла трубку.

— Сара, вы видели тот пакет в углу большого сейфа?.. Да, этот. В нем вы найдете кучу писем. На них уже надписаны адреса и наклеены марки. Проследите, пожалуйста, за тем, чтобы их немедленно отнесли на почту. Они должны уйти сегодня вечером.

Потом она снова повернулась к Жанет Тьюли.

— Вот тут мы и откроем секрет. Письма, а их больше тысячи, — это приглашения всем моим клиенткам и некоторым представителям прессы на встречу в следующую среду. Я хотела, чтобы эти письма выглядели очень важными и срочными, но, к сожалению, их придется отослать как обычные, циркулярные. А это означает, что одни не обратят на них внимания, а другие подумают, что они разосланы с целью рекламы. Так вот, вы знаете многих моих клиенток из своего круга. Я хочу, чтобы вы подтвердили содержание писем и способствовали организации этой встречи. К этому я привлеку также всех своих девушек. Но если разговоры пойдут извне, им больше поверят.

— Хорошо, — согласилась Жанет. — Но какие разговоры? Вы же не собираетесь раскрыть все еще до этой встречи на следующей неделе, правда?

— Конечно, нет. Пока нам лучше говорить о водорослях. А если заявить, что наша работа под угрозой срыва, и наши клиентки могут лишиться наших услуг, так как ирландцы наложили такую большую пошлину на наше основное сырье — водоросли, что министерство торговли отказывается санкционировать оплату по такому грабительскому курсу? Это будет митинг протеста против необъективного решения, которое поддерживается конкурирующими концернами и направлено на то, чтобы лишить клиенток “Нефертити” их преимуществ. Вы улавливаете мою идею?

Жанет кивнула:

— Думаю, да. Тут достаточно простора для домыслов. Ну, например, что министерство торговли, английский банк или другие учреждения подкуплены конкурирующими предприятиями. Все это дело черного заговора людей, которым все равно, что станет с нашей клиентурой, если они установят контроль над “Нефертити” и вашими профессиональными секретами. Я думаю, все это должно вызвать обиду и негодование.

— Тогда все хорошо, Жанет. Принимайтесь за работу. Я организую “утечку” информации среди своего персонала — это будет гораздо эффективнее, чем просто сказать им о чем-то прямо. Надеюсь, в среду зал будет полным.

ГЛАВА ВТОРАЯ