Читаем Первый поход полностью

— Ну, вообще-то, это место называлось всегда Уснех, — пояснил Конхобар. — А вот в давние времена жил некий жрец Миде, что первым возжег в Ирландии священный огонь, который горел, не угасая, целых шесть лет, от него и зажгли все огни в Ирландии. Вот за то — а может, и за другое, нам теперь неизвестное, — и получал потом Миде мешок зерна и свинью от каждого жилища. Правда, это не понравилось друидам, они так и говорили: «Воистину, недобрый дым несет нам огонь, зажженный в этих краях». Наверное, завидовали. Узнав про то, Миде собрал своих сторонников, заманил друидов в один дом и велел отрезать им языки, чтоб не болтали. Языки те — а заодно и самих друидов — так и зарыли там же, в Уснехе. Вот оттого-то Уснех и зовется Миде. Туда-то нам и надо.

— И не только вам, — не выдержал Ульва. — Встретил я тут как-то одного монаха — кругленького такого, смешного, похожего на сельского простака-дядюшку, правда, глаза у него были черные, словно бы огненные. Прямо как бы метали стрелы! Ужас, а не глаза. — Шулер замолк, определяя, стоит ли эта новость того, чтобы затребовать за нее хотя бы чуть-чуть серебришка.

— Так-так… — заинтересовался Ирландец. — Черные, говоришь, глаза?

— Совершенно черные и, знаете, какие-то недобрые, злые. Делайте со мной что хотите, но я бы не очень-то доверял человеку с такими глазами!

— Но, похоже, ты ему все-таки доверился, — кивнул головой Хельги. — Правда, нас не очень-то интересует, что там было дальше… но уж коли начал, рассказывай.

— Так я и говорю… — Ульва вздохнул. — Искал он что-то. И еще зачем-то хотел выкупить тебя, ярл!

Хельги удивленно вскинул брови.

— Да-да! — быстро продолжал шулер. — Даже уже заплатил за тебя Гите, и я сам его провожал к заброшенной вилле, а там, увы, не было уже никого.

— Монах, говоришь? — задумчиво переспросил ярл. — Ничего удивительного — посланец отца Этельреда. Много с ним было воинов?

— Ни одного, мой ярл!

— Хм… Как же он собирался нас… или меня… везти?

— Не знаю. — Ульва пожал плечами. — Знаю, что он еще что-то искал. Расспрашивал про разбойников, мошенников, вообще про нечистых на руку людей. Видно, украли у него что-то ценное, иначе с чего б ему так волноваться? Я уж хотел ему рассказать про Ворона — ну, вы его знаете, — так он и сам уже к нему приехал. А его-то и нет! А потом к нему знакомые подошли, тоже монахи, один старый, другой молодой, черноволосый. И, мой ярл, непохоже, чтоб этот черноглазый черт им очень обрадовался. Я вам к чему все это говорю — может, он искал что-то ценное и для вас, верно?

— Может быть, — безразлично заметил Хельги и обернулся, услышав мягкие шаги. То возвращалась из города Магн.

— На площади повесили какого-то разбойника. — Усевшись рядом, она протянула всем купленные лепешки и мясо. — Кажется, одного из тех, что стерег нас. Впрочем, я их не очень-то хорошо помню.

— Толстого, немого, горбоносого? — вскользь поинтересовался Ульва.

— Скорее, толстого.

— Может быть, и Худышка, — пробормотал про себя шулер и впился зубами в лепешку. Никак он не хотел уйти сейчас от этих людей, щедрых на золото и серебро, чувствовал — можно и еще что-то из них вытянуть, чуял, как ворон падаль. Пока, правда, не очень-то получалось вытянуть, так ведь и отплывают они только завтра. А за это время много чего может произойти.

Поправив плащ, Магн присела на стылую землю рядом с Хельги. Бледное лицо ее вытянулось, под глазами залегли глубокие темно-фиолетовые круги. Да, нелегко дались ей последние дни, да что там дни — месяцы.

— Мы скоро будем в Ирландии, ярл, — тихо произнесла она. — Готов ли ты к битве?

Хельги молча кивнул, положив руку на украшенную волшебными рунами рукоять меча, выкованного когда-то в кузнице Велунда. Он не вполне представлял еще, с кем будет битва, но чувствовал, что хороший меч ему вполне пригодится.

Стояла та солнечная погода — довольно редкая в здешних местах, — что бывает иногда осенью. Было довольно тепло, синее высокое небо скорее напоминало о лете, нежели о близких октябрьских ненастьях. Легкий ветерок срывал красные листья с кленов, и те падали на пожухлую траву, тихо-тихо кружась. Чуть вдалеке, за холмом, видна была желтая дубовая рощица, небольшая, аккуратная, словно бы вырезанная из пергамента. Вниз с холма вела извилистая тропинка, по которой, направляясь к пристани, шли трое монахов.

— Паломники, — посмотрев на них, пояснил Конхобар. — Видно, хотят посетить монастыри Ирландии, иначе б с чего им сюда тащиться?

— Пожалуй… — задумчиво кивнул ярл.

— Седрик сказал, что мы можем хоть сейчас располагаться на судне, — добавила Магн. — Только, пожалуй, там пока нечего делать. Шумно и тесно.

— Да и, похоже, к нам прибавятся еще и вот эти… — Ирландец кивнул на паломников.

Сидевший рядом с ним Ульва пристально вгляделся в монахов и, быстро выплюнув изо рта длинную соломину, которую лениво жевал, осторожно оглянулся на компанию ярла. Похоже, ему больше здесь нечего ловить, тем более… Тем более…

— Пойду немного пройдусь, — поднявшись с травы, произнес он и исчез в желтых зарослях дрока.