При очередном ударе ластой что-то вдруг потянуло его назад. Должно быть, ступня зацепилась за трос. Он занервничал и стал дергать ногой, но не смог освободиться. Ничего не видя в белом тумане, Гарсия развязал крепление ласты и освободил ногу. Он напряг мышцы поясницы, рванул вперед – и почувствовал, что вторая нога тоже застряла. Тогда он ощупью достал нож и перерезал нить.

А потом все перепуталось и смешалось.

Что-то странное и черное прыгнуло на Гарсию и толкнуло его так, что его голова ударилась о камень. Он выпустил из рук коробку с образцами красок и стал отбиваться ножом, нанося удары наугад. Черная тень казалась неуловимой, неощутимой и жидкой. Каждый раз, когда Гарсия думал, что коснулся ее, она исчезала в молочно-белом облаке, а потом возникала ниоткуда и снова нападала.

Гарсиа стал грести руками изо всех сил, чтобы вырваться из ловушки, которая уже захлопывалась, и даже не знал, опускается он на дно или поднимается на поверхность.

Тень не хотела оставить его в покое. Она двигалась быстрее, чем он. А Гарсия не мог как следует рассмотреть ее и понять, кто или что за ним гонится.

Его силы были на пределе, и он рванул за шнур спасательного жилета. Красная подушка мгновенно наполнилась воздухом и понесла Гарсию прочь с этого опасного места, к поверхности.

13

Полицейский катер резко развернулся посередине каланки Сюжитон. Хищная птица поднялась в небо над водой и с пронзительным криком помчалась в сторону моря.

– Это ястребиный орел! Очень редкая птица! – сказал де Пальма, указывая на крупного пернатого хищника, который уплывал по небу в восходящем потоке воздуха.

– Вы разбираетесь в птицах, майор? – спросил капрал полиции, который вел катер.

– Не очень. Но мне кажется, что эта птица прилетает ко мне, как на свидание, каждый раз, когда случается что-то плохое.

Капрал выключил мотор. Возле маленького галечного пляжа стоял спасательный катер «Добрая Мать», и на его палубе группа моряков-пожарных суетилась вокруг декомпрессионной камеры, куда только что положили Тьери Гарсию. Де Пальма выпрыгнул из катера на скалу в нескольких метрах от спасателей.

– Ему повезло! – крикнул главный врач. – Всплытие не будет иметь последствий.

– Почему? – спросил де Пальма.

– Он недолго пробыл на глубине, всего несколько минут. Организм не успел приспособиться к большему давлению.

Из штабной палатки вышла Полина Бертон. На ней все еще был черный с синим костюм для подводного плавания. Волосы она убрала под яркий платок.

– Не могу понять, что произошло, – сказала она. Лицо ее вытянулось от напряжения.

– С Тьери все будет хорошо! Он уже завтра будет на ногах, – заверил ее де Пальма.

Полина бросила свою маску в спортивный рюкзак. Де Пальма отвел женщину в сторону, подальше от спасателей, и сказал ей:

– Важна любая подробность, даже самая мелкая. Вы не заметили, что какой-то вещи нет на месте?

Она не задумываясь ответила:

– Сегодня утром, во время спуска, я увидела, что в одном месте водоросли оборваны.

– Это показалось вам странным?

– Понимаете, я очень наблюдательна и уверена, что за вчерашний день никто из наших ныряльщиков не срывал водоросли, хотя…

– Почему вы в этом уверены?

– Не знаю. В последнее время я проверяю все.

Полина подняла с земли несколько галек и стала пересыпать их из руки в руку.

– Может быть, это ничего не значит, но я все же приму это к сведению. Вы никогда не спускаетесь под воду одна?

– Нет, никогда. Со мной постоянно был Тьери Гарсия, а иногда спутников было два или три. Все – крупные и сильные мужчины.

– Тьери останется здоров, никаких проблем не будет.

– В любом случае не может быть и речи о том, чтобы прекратить работы.

– Я добился для вас охраны: на месте ваших работ будут дежурить два человека. Мне кажется, власти начинают нам верить.

– Давно пора!

Де Пальме нравилась эта сильная женщина, которая вела себя так естественно. У нее были манеры мальчика и уверенные движения, она рисковала собой при каждом погружении. Казалось, ничто не могло лишить ее твердости духа.

– Хочу кое-что сказать: это может оказаться важным, – заговорила она снова.

– Я вас слушаю.

– Вы помните негативный отпечаток, который вы мне показывали? Рисунок, который оставлял Отран, – ладонь, где не хватало большого пальца и части среднего.

– Отлично помню.

– Я знаю точно такой же отпечаток, и сейчас он находится у вас под ногами.

– Ваше «кое-что» – не глупость, Полина. Более того, оно очень важно.

– Вы так считаете?

– Я в этом уверен.

Полина подняла взгляд на де Пальму.

– Сейчас, когда я стала думать об этом… я вижу: тут возникает еще один вопрос.

– Какой?

– Эти рисунки не были описаны во время первой экспедиции. Я думаю, что их тогда не обнаружили.

– Думаете или уверены?

– Практически уверена! Эти отпечатки находятся в труднодоступном углу, на потолке, как раз над теми углями, которые я нашла. Я знаю Палестро. Он не мог бы пройти мимо следов очага и тем более мимо этих рисунков и не заметить их. Значит, до них вообще не добрались.