Читаем Персональный демон полностью

Костя завершил пересказ своей беседы с соседями Красновых, и Сергей Алексеевич уже было открыл рот, но Костя успел раньше:

– Это не все, Сергей Алексеевич, – сказал он.

– Еще что-то? – спросил Сергей Алексеевич, и Костя кивнул.

– Я пошел от двадцать восьмого дома по той дороге, куда свернул опознанный соседями Богатырев. Там идти можно разными путями и в разных направлениях, можно свернуть в переулок, а можно пойти направо – и тогда по перпендикулярной улице выходишь к центру города.

Костя взял со стола лист бумаги и быстрыми движениями начертил общую схему жилых кварталов.

– Вот здесь, на углу, – указал он Поповкину на пересечение двух улиц, – имеется офис известной торговой компании. У них установлены видеокамеры, я зашел наудачу: думал, может, Богатырев возвращался этой дорогой, хорошо, если у нас будет еще и видео.

– Ну и? – нетерпеливо заерзал Сергей Алексеевич.

– Я попросил у безопасника пленку за девятнадцатое июня, – спокойно продолжал сыщик, – посмотрел…

– Ты издеваешься, что ли? – вспылил Сергей Алексеевич. – Дело говори! Чего тянешь кота за хвост?

– Да вы сами посмотрите, – виновато улыбнулся Дьяков, – безопасник мне сделал копию в электронном виде.

Сергей Алексеевич запустил компьютер, вставил носитель, на экране появилось черно-белое изображение.

– Здесь, в этом углу, указано время съемки, – начал комментировать Костя.

– Сам вижу, не дурак, – прикрыл просветительскую лавочку следователь.

– Понял, Сергей Алексеевич, – извиняющимся тоном вставил Костя и тут же ткнул пальцем в монитор. – Вот теперь смотрите внимательно. Сюда смотрите. Видите, на противоположной стороне, довольно далеко, припарковался автомобиль. Из него выходит мужчина, переходит улицу, вот он уже на нашей стороне. Сейчас он подойдет поближе и пройдет по этой улице в ту сторону, где расположен дом Краснова. Ходьбы до него – несколько минут.

– Ну и? – напряженно вглядываясь в монитор, спросил Поповкин. – Кто это еще такой?

– Не узнали, Сергей Алексеевич? – оживился Костя. – Это Николай Босой собственной персоной. Интересно было бы знать, что он делал в этом районе в это время.

В тот же вечер, когда состоялась встреча с Кудиевым, Эдуард Грач вылетел из столицы в свой родной город. Наутро он позвонил оперативнику, с которым встречался в первый раз – Саше Панину, – и рассказал о связи Алексея Гордеева с фирмой «Энкур» и Николаем Босым. Поведал и о том, что фирма «Энкур» претендовала на земли в Северо-Восточном районе не по своей инициативе, а с подачи Гордеева, переданной через Босого. О роли Леонида Вешнякова в этом сюжете, разумеется, пришлось умолчать.

Сергей Алексеевич подумал-подумал да и отправился в суд за санкцией на обыск. Защитники у любого, кому бы он ни предъявил обвинение, будут лучшие – можно не сомневаться. Адвокаты любят громкие процессы, это для них лучшая реклама, так они делают себе имена, даже если приходится довольствоваться не самой высокой гонорарной ставкой. Поэтому надо, чтобы изначально все было строго по букве закона. Основания для вынесения постановления о производстве обыска в жилище Андрея Ивановича Богатырева имелись: факт интимной связи его жены и погибшего можно было считать установленным, но главное, что соседи опознали в нем человека, с которым встретились возле дома непосредственно перед обнаружением трупа. Дело было на особом контроле, и в том, что санкция будет дана, Сергей Алексеевич не сомневался. Если с версией о Богатыреве они получат «пусто-пусто», нужно будет окончательно сконцентрировать свои усилия на Босом – эта версия представлялась Сергею Алексеевичу, впрочем, как и всем операм, работающим по делу, самой перспективной. Но для окончательной очистки совести, для того, чтобы не мучиться сомнениями в том, что что-то недоделано или упущено, обыскать дом Богатырева все же надо. Мало ли?

Кроме того, Сергея Алексеевича очень беспокоил анонимный звонок в полицию. Не нравились ему всякие такие сигналы от сознательных граждан. Ладно еще, когда кто-то труп обнаружит и позвонит в полицию, не назвавшись… Человек может не захотеть оказаться в числе подозреваемых, он просто может пожалеть свое личное время на то, чтобы участвовать в процедуре допроса. Но когда такое действие производится сознательно, когда звонок призван к тому, чтобы направить следствие в нужное русло… А не пахнет ли здесь подставой? Не мог ли тот же Коля Босой, узнав через наблюдательного Гордеева о связи Вадима с его подчиненной, вовремя организовать «сигнал» следствию? Почему бы нет? Он опер с многолетним стажем, и все, кто его знает, характеризуют его как виртуозного комбинатора. Что ж, это вполне в его стиле, в его духе. Но сейчас, подумал Сергей Алексеевич, нужно отвлечься от психологии и заняться ремеслом: во-первых, обыскать жилище Богатырева, понимая себе на уме, что некие предметы могут быть ему подброшены. И второе: надо еще раз тщательнейшим образом обследовать подъезд дома. Все этажи, с первого, истоптанного и вылизанного экспертами до мелочей (хотя и без толку), вплоть по последнего – десятого.