Обернувшись, Пакс пропустила место, где стыковалась черепица между зданиями. Она потеряла равновесие и попыталась устоять на одной ноге. Девочка поскользнулась на мокрой глине и ее развернуло в другую сторону. За краткий миг перед глазами Пакс пронеслась вся ее короткая жизнь. Падение с такой высоты могло оказаться смертельным. Андреа прыгнул на соседнюю крышу и в последний момент поймал девочку за руку. Весь Оффиций затаил дыхание. Некоторые дети заплакали и отвернулись, чтобы не видеть того, что должно было произойти.

Пакс уцепилась за Андреа второй рукой. Она взглядом молила юношу не отпускать ее. Он осторожно начал тянуть ее вверх, стараясь не соскользнуть. Как только они оказались в безопасности, снизу раздались аплодисменты и крики радости. Все еще дрожа, Пакс зажмурилась и стала ждать приговора Андреа. Теперь он точно накричит на нее, как все остальные, или накажет…

– Все в порядке? Ты сильно испугалась? – спросил юноша.

Вопрос настолько поразил девочку, что она открыла глаза и уставилась на Андреа. На его лице не было и тени злости. Персона смотрел на нее с сочувствием и сопереживанием.

– Ты цела?

– Да… – растерялась Пакс.

Его искренняя забота так тронула девочку, что она расплакалась.

– Ты уверена? – заботливо уточнил он.

Девочка яростно закивала.

– Хорошо. Тебе нужно время, чтобы успокоиться. Когда спустишься, не делай испуганное лицо. Мы съедим пирог с грушей и забудем этот инцидент. Договорились?

Пакс уже давно не делали таких приятных предложений. Она улыбнулась Андреа, и эта улыбка выражала всю ее благодарность.

19

Хлебный вор

На следующее утро Пакс проснулась от голодного урчания в животе. Она быстро приподнялась на кровати и осмотрела комнату, предоставленную в ее распоряжение. Ее комнату. Никогда до этого у нее не было собственной комнаты. Раньше девочке всегда приходилось спать по углам, тесниться в одном помещении с другими сиротами. Однажды Пакс даже пришлось спать на конюшне с лошадьми. Пока в Культе не решили отправить девочку в Оффиций, ее передавали из семьи в семью, из приюта в приют. Теперь же, хоть Дар и не успел проявиться, ей определили постоянное место.

Впервые Пакс бросили, когда ей было всего несколько недель от роду. Тогда ее должны были поместить в приют в Пиксисе, где содержали детей, которых коснулся Свет. Они жили там до распределения в Оффиции пока Дар не проявит себя. Для девочки все сложилось иначе, и одна старушка нашла ее раньше служителей Культа. Женщина пожалела малышку, которую обнаружила в корзинке у реки рядом с местом, где прачки стирали белье. Рядом с девочкой лежало пять Вспышек. Добрая самаритянка умерла четыре года спустя, оставив девочке напутствие – никогда не использовать Дар на людях. Пакс следовала ее совету и скрывала свои особенности. С годами это становилось все труднее, особенно когда эмоции – и больше прочих гнев – брали верх. Свет на ее запястьях разгорался ярче и ярче, вызывая у окружающих страх…

Собственное пространство было для Пакс в новинку. Теперь в ее распоряжении оказались четыре выбеленные стены, каждую из которых можно было украшать по своему желанию, покупая или мастеря разные безделушки.

Пока в ее маленьком сундучке хранилось лишь несколько старых тог, которые ей когда-то дарили. Сестра Агнесса пообещала купить новые, когда Юлий придет в следующий раз. «Более подходящие девочке», – добавила наставница. Пакс это не понравилось, ведь одежда должна быть пригодной для лазания по крышам, а не помогать ей производить впечатление.

Было прохладно, а рассветное солнце только начинало пробиваться сквозь густой туман, когда девочка высунула нос на улицу Она быстро перебежала через двор и пробралась на кухню, чтобы тихонько перекусить. Вкусный запах, доносившийся оттуда, привлекал Пакс. Под полотенцем лежала внушительного размера буханка еще теплого хлеба. Девочка отщипнула кусочек, и ее тут же поймали с поличным:

– Святотатство! Чем это вы тут занимаетесь, юная леди?

Пакс замерла перед сестрой Агнессой. Они стояли под небольшой аркой, которая служила входом в помещение. Девочка изучающе оглядела комнату. Небольшое окно располагалось слишком высоко, и не было опоры, которая позволила бы ей выбраться через него. Если сейчас Пакс не придумает, как сбежать, то окажется в ловушке. Сестра Агнесса успела остановить Пакс прежде, чем та приняла какое-либо решение.

– Здесь не воруют. Мы делимся друг с другом. У нас есть все необходимое для каждого.

Пакс нахмурилась. Девочка вела себя как настоящая дикарка, и ее реакция заставила сестру Агнессу смягчиться.

– С тобой ведь никогда не делились, верно? – вздохнула наставница. – Полагаю, что там, откуда ты родом, всегда действовало лишь право сильного. Приходилось бороться за желаемое в надежде утолить голод. У нас все по-другому. У каждого есть свое место.

– Я не хочу оставаться здесь, – произнесла Пакс.

– Никто не хочет, – ответила Агнесса. – Но это к лучшему, потому что в Оффициях Фаоса куда приятнее, чем в других.

– Откуда вам…