Читаем Пересыхающее озеро полностью

— Потому что, если нами будет управлять случай, как мы сможем принимать решения? Ваша жена отправилась в магазин именно в то время, вы тут ни при чем. Разве речь идет о самоубийстве? Нет! Какой-то идиот сидел за рулем джипа, только и всего.

— Я спровоцировал инцидент своим звонком.

— Мы до бесконечности будем это мусолить, если вы не прекратите так думать. — Сигурд Оли стал выходить из себя. — А если мы выезжаем за город? Или идем в кино? Или назначаем встречу в кафе? Кто может предположить, что произойдет? Какое-то сумасшествие!

— В этом-то все и дело, — проговорил мужчина.

— Что?

— Как нам справиться с этим?

Сигурд Оли услышал, как Бергтора открыла дверь.

— С меня хватит, — отрезал он. — Просто чушь какая-то.

— Да, согласен, — отозвался мужской голос. — С меня тоже хватит.

И он повесил трубку.

Он следил за новостями о скелете из озера, передаваемыми по радио и телевидению, а также за публикациями в прессе, но, похоже, эта история постепенно теряла актуальность. В конце концов о ней перестали говорить вообще. Время от времени проскальзывали короткие сообщения со слов какого-то Сигурда Оли, инспектора криминальной полиции, о том, что ничего нового следствием не выявлено. Он понимал, что отсутствие новой информации о скелете ничего не значит. Расследование, должно быть, идет полным ходом, и если они взяли верное направление, когда-нибудь полицейские постучатся к нему в дверь. Он не знал, когда и кто именно. Наверное, скоро, и, возможно, как раз этот Сигурд Оли. А может быть, они никогда не догадаются, что произошло. На его губах появилась улыбка. Он уже даже не был уверен, хочет ли он этого. Это чувство слишком долго пряталось в нем. Иногда ему казалось, что у него не было никакого другого существования, никакой другой жизни, кроме страха перед прошлым.

Раньше, время от времени, он ощущал навязчивую потребность, упорную необходимость рассказать о произошедшем, признаться, раскрыть правду. Но всегда подавлял это чувство. Потом он успокоился, и постепенно такая потребность исчезла, а в нем появилось полное равнодушие к случившемуся. Он ни о чем не жалел. По его мнению, так все и должно было произойти.

Когда он думал о прошлом, перед ним всегда возникало лицо Илоны, когда он ее впервые увидел. И то, как она сидела на кухне рядом с ним, а он растолковывал ей содержание поэмы Йоунаса Хадльгриммсона «Конец пути» и потом она поцеловала его. Находясь один на один со своими воспоминаниями, растворившись в том, что было для него дороже всего, он почти ощущал влажность ее прикосновения на своих губах.

Он сидел в кресле у окна, погруженный в воспоминания о тех днях, когда весь его мир был разрушен.

На следующее лето он не вернулся в Исландию. Сначала работал в угольной шахте, а потом они с Илоной путешествовали по Восточной Германии. Им хотелось поехать в Венгрию, но у него не было визы. Ему объяснили, что получить разрешение на въезд, если ты не резидент, становится все труднее и труднее. И еще он слышал, что въезд в Западную Германию тоже ограничен.

Они путешествовали на поездах и машинах, но большую часть дороги шли пешком и наслаждались близостью друг друга. Иногда ночевали прямо под открытым небом либо останавливались в мотелях или школах, на железнодорожных станциях или автовокзалах. Случалось, они устраивались работать на несколько дней в крестьянские хозяйства, встречавшиеся им по пути. Дольше всего парочка задержалась у фермера, выращивавшего овец. Тот очень удивился, узнав, что в дверь к нему постучался исландец. Немец без устали расспрашивал его об этой северной стране, особенно о леднике Снежной горы, и все потому, что он прочитал роман Жюля Верна «Путешествие к центру Земли». Пара провела у того крестьянина две недели, с удовольствием помогая по хозяйству. Они узнали много всего о содержании скота, а когда молодые уезжали, семья дала им с собой кучу еды. Прощание оказалось очень теплым.

Илона рассказала ему о доме своего детства в Будапеште и родителях-врачах. Она писала им о Томасе. Каковы их планы? — спрашивала мама в письме. Илона была единственной дочерью. Она просила родителей не беспокоиться, но без особого успеха. Вы собираетесь пожениться? А как же учеба? Какие у вас планы на будущее?

Все эти вопросы и так крутились у них в головах, у каждого по отдельности и у обоих сразу, но ничто их не торопило. Значение имело только то, что сейчас они вместе. Будущее представлялось неизведанным, таинственным островом. Но оба были совершенно убеждены, что они будут открывать эту новую землю вместе.