Читаем Перепутье полностью

И вот сейчас я смотрел на еще больше побледневшее лицо своей преподавательницы, и понимал, что Дин был прав, Аманда Тарис была неравнодушна к Эвану. Посмотрев на полковника, я понял, что или он абсолютно равнодушен к этой «взбалмошной девчонке», или очень хорошо скрывает свою заинтересованность.

— Что вам здесь нужно, мисс Тарис? — полковник скрестил руки на груди, равнодушно глядя на нее.

— Я подумала и решила попросить вашего протеже к себе на дополнительное занятие. Есть у меня пара способов и догадок, которые смогут помочь мне вывести его дар из спячки. Просто за все это время у него не было ни одного отклика…

— Простите, профессор Тарис, но полагаю, что это необязательно. Я недавно вспомнил, что говорил профессор Уайт по поводу моих способностей к магии стихий. Я — артефактор, поэтому могу оперировать и преобразовывать любую энергию в то, что мне необходимо. А на практике я не знаю, что произошло. Я хотел создать обычный файербол, но что-то видимо со страха перепутал, вот и получилось невесть что.

Эту отмазку мне предложил использовать Дэрик на прошлом занятии. Когда я встал, после того как меня опрокинула на пол обычная волна, от которой я на бегу не сумел поставить тот самый щит от физического воздействия, я пожаловался на Тарис, которая давит на меня, пытаясь получить отклик, которого не должно быть.

— Да скажи ей, что она идиотка, ты же артефактор, — махнул рукой Фолт. — Насколько я помню, эти ребята все могли делать, даже малый призыв при большом желании у них получался.

Тарис кивнула и задумалась.

— Да, скорее всего, это многое объясняет. Однако это не объясняет одного: «огонь смерти» не может сотворить ни один артефактор, даже если это Темный артефактор. — Она замолчала, а я немного побледнел. Полковник стоял рядом, не проявляя никаких эмоций. — Поэтому я долго думала и решила проверить одну теорию. Если ничего из этого не выйдет, то тогда я сообщу директору Сандеру, что наши занятия нужно прекратить.

— Деймос, я вернусь после окончания каникул, — внезапно произнес полковник. — Я обещаю. Не знаю, на какой срок, но обязательно вернусь. Счастливого Нового года. — Он подхватил свою сумку и прошел мимо нас с Тарис. Это что это сейчас было? Эван никогда не покидал зал раньше меня.

— Ну раз мы остались с вами вдвоем и нам теперь никто не будет мешать, то прошу мистер Нейман следовать за мной, — она развернулась и вышла. И что мне теперь делать? Я бросил сумку возле входа в зал и поплелся за ней следом. На обратной дороге заберу.

— Профессор Тарис, а вас не смущает, что я только после тренировки? Мне бы в душ сходить, переодеться? — догоняя ее, полюбопытствовал я.

— Меня? Ничуть. Это даже может пригодиться. — Она даже не повернулась в мою сторону.

Мы дошли до класса, в котором проходили наши уроки огненной магии. Она прошла за свою преподавательскую трибуну, а мне ничего не оставалось, как сесть за свое место и молча на нее уставиться. В игру в гляделки мы играли несколько минут. Первой не выдержала Тарис.

— Мистер Нейман, скажите мне, пожалуйста, что вызвало в вас такой выраженный моральный дисбаланс, что вы смогли сотворить огненное заклинание огромной силы? — она подошла ко мне, наклонилась и пристально уставилась мне в глаза. Я рефлекторно отшатнулся и отвернулся.

— Вы не могли бы так больше не делать, профессор Тарис, если вы не знаете, я менталист, и я сейчас не слишком стабилен, — меня немного затошнило от близости чужого человека, но если не смотреть ей в глаза и к ней не прикасаться, ведь ничего не произойдет?

— Я прекрасно это знаю, мистер Нейман. Посмотрите на меня, я очень вас прошу, — тихо произнесла она. Что она делает? Зачем ей это? — Мистер Нейман, если вы не будете делать то, что я вам говорю делать, мы просидим здесь до наступления Рождества. Это не слишком радужная перспектива, не так ли?

— Да как хотите, только не говорите, что я вас не предупреждал. — Я посмотрел ей в глаза и схватил за руку. К моему удивлению, она руку не отдернула. Меня даже не замутило, просто я понял, что начинаю проваливаться в чужой разум. Когда перед глазами понеслась череда картинок, на которых я не мог сосредоточиться, то почувствовал резкую боль в плече, после чего меня вышвырнуло из разума Аманды Тарис. Я упал на пол, мне жутко хотелось пить и встреться с белоснежным другом в туалетной комнате.

— Дура! Идиотка ненормальная! — Эван нависал над упавшей на пол девушкой и орал на нее. Я впервые видел, как он на кого-то повысил голос. Полковник был не просто зол, он был в такой ярости, что у него на лбу запульсировала вена. — Тебе же сказали, что элементы огненной стихии в магии Неймана, не связаны со стихией огня напрямую! А если бы он тебе сейчас мозги вскипятил?! Или я зря беспокоился и у тебя нечего кипятить?!

— Этого не может быть, — шептала Тарис, как завороженная. — Этого просто не может быть. Я читала… Так могли только Фолты. Только, мать их, Семья могла так легко и непринужденно…

— Э-э-э, ну я тогда пойду, — я поднялся с пола, почувствовав, что тошнота понемногу отступает. — Вы тут без меня как-нибудь…