— Потому что мы Темные маги. Мы практически не можем воздействовать друг на друга ментально из-за изначальной схожести нашей мозговой активности.

— Странно, а разве схожесть не подразумевает, что нам наоборот что-то делать гораздо легче?

— Нет, не всегда. Спи, я подумаю, что можно сделать.

— Я не хочу спать, — я нахмурился.

— Нет, хочешь, — Эдуард развернулся, подошел ко мне и прикоснулся кончиком указательного пальца к моему лбу. Я почувствовал, что проваливаюсь в сон. Вон скотина, мы же еще не обо всем пого…

Проснулся я утром как по будильнику, хотя никакого будильника у меня не было. Просто открыл глаза и долго пялился в потолок. Эдуарда уже не было, а в кресле спал, свернувшийся в пушистый клубок, Гвэйн. Вставать не хотелось, но я заставил себя сделать это. Отсутствие душа угнетало. Умывшись и кое-как обтеревшись мокрым полотенцем в туалете, я подошел к зеркалу. Тех прыщей, которые я смазал накануне, не было, зато появились еще три: снова на лбу и на крыльях носа.

— Да чтоб вас, — схватив флакон с мазью, я принялся тщательно смазывать эту гадость.

Пока я занимался гигиеническими процедурами, пришла пора выдвигаться, если я, конечно, не хотел снова без завтрака остаться. И так вчера не поужинал. И не позавтракал. Да, похоже, я ел больше суток назад. Не удивительно, что меня тошнит просто так, даже без присутствия людей.

В гостиной меня ждал Штейн. Он кивнул мне и протянул лист с моим новым расписанием. Я забрал лист, но в этот момент его пальцы коснулись моей ладони. Головная боль была настолько резкой, что перед глазами запрыгали разноцветными круги. Борясь с тошнотой, я выскочил из гостиной, под удивленным взглядом моего префекта.

Ванда с Реем ждали меня возле дверей гостиной. Я прислонился лбом к холодной стене, дожидаясь пока не пройдет тошнота. Только потом повернулся к друзьям.

— Что с тобой, Дей? — в голосе Ванды прозвучала тревога.

— Похоже, у меня нет выбора, — с трудом проговорил я, пытаясь сконцентрироваться на расписании. — Меня буквально к стенке прижали.

— О чем ты?

— У меня новое расписание. И прямо сейчас меня ждет новый преподаватель.

— Так, это все интересно, но пошли позавтракаем.

Завтрак прошел в молчании. Я буквально впихнул в себя несколько ложек овсянки и залпом выпил чай.

— Увидимся после занятий, в нашем классе, ладно? — все еще хмурясь спросил Рейн.

— Да, увидимся, — я потер лоб. — Я все вам подробно расскажу.

В расписании значилась аудитория под номером минус двести тридцать. Я мысленно пожал плечами и принялся спускаться по винтовой лестнице вниз. Здесь я еще не был ни разу. Спустившись на два этажных пролета, я вышел в небольшой коридор. Аудитория номер минус двести тридцать была единственной на этом этаже. Это была даже не аудитория, а огромный зал, поделенный на сектора. В первом секторе, напоминавшем обычный спортзал, меня и ждал полковник. Оглядев меня с ног до головы, он хмыкнул и бросил на пол сумку.

— Переодевайся. Надеюсь, с размерами угадал.

— Зачем?

— Раз ты пришел, значит, уже почти готов начать заниматься. Но заниматься в брюках? Переодевайся.

Я посмотрел на сумку, потом на полковника, который стоял и смотрел на меня, скрестив руки на груди, затем, вздохнув, принялся расстегивать пуговицы на своей шелковой рубашке.

Глава 7

Переоделся я достаточно быстро, почему-то спорить с новым преподавателем не было ни малейшего желания. Я стоял перед Роше в обычном спортивном костюме, чуть ли не по стойке смирно, прижимая к груди свою одежду.

— А теперь положи свои тряпки на скамейку, — он продолжал стоять передо мной, заложив руки за спину. Мне даже показалось, что он не пошевелился ни разу за это время.

Разложив одежду так, чтобы она не помялась, я снова подошел к своему инструктору.

— Сейчас ты должен запомнить одну важную вещь, я буду заниматься с тобой не просто физической подготовкой, я буду давать тебе элементы рукопашного боя, созданного однажды Темными. Это нужно для того, чтобы попытаться тебя стабилизировать. Я разве не сказал, что могу сделать так, что ты не будешь каждый раз при прикосновении к тебе или просто приближении кого бы то ни было запускать свой мозг в режим сканирования чужого мозга? — нет, ты мне этого не говорил. Я сжал зубы так, что почувствовал во рту привкус крови. — Мне это будет сделать проще, чем любому другому, Нейман… — он запнулся, и покачал головой. — Вот ведь дилемма: Неймана не нужно было бы стабилизировать. А вот Фолта нужно. И что нам делать? Как мне тебя тогда называть?

— Вы можете называть меня просто по имени, раз для вас выбор моей фамилии представляет трудность.

— Это не для меня представляет трудность, это может вызвать определенные проблемы для тебя, если вдруг я ошибусь при свидетелях, — он снова улыбнулся, точнее слегка усмехнулся.

— Почему я сомневаюсь, что вы можете что-то перепутать?

— Интересно, на чем основана такая пугающая вера в меня, учитывая то, что мы практически незнакомы? Не отвечай, Деймос, — он проговорил мое имя практически по слогам. Похоже, сволочизма в полковнике хватит на десяток таких как я.