Читаем Перепутье полностью

После того как я осознал, что, если ничего не предприму, мои отношения с Мариной пойдут ко дну, я купил кольцо. Целую неделю я собирался духом, чтобы сделать предложение и поставить, наконец, точку в моих метаниях: потому что все чаще и чаще в борьбе моей любви к Шории и влюбленности в Марину начинала брать верх страна. Не исключено, что моя милитаризированная подготовка играла в этом не последнюю роль, а все еще молодой организм требовал приключений на свою голову. Глядя на Ванду с Реем, которые полностью нашли себя в своей работе на Милтона, как горели их глаза, и какой нескучной и насыщенной стала их жизнь, мне становилось немного грустно из-за своей нерешительности. Но Марину я все же терять не хотел, хотя и сам не мог дать ответа на вопрос, а с чего я взял, что люблю ее? Ведь мог же я порой неделями обходиться без встреч с ней, да даже без разговоров по телефону. Думать в подобном аспекте не хотелось, потому что подобные мысли могли меня завести неизвестно куда. Дефоссе с философским видом заявлял, что мне просто нужно с кем-то переспать, лучше всего с Мариной, чтобы, во-первых, снять сексуальное напряжение, ведь у меня после того хм, опыта, с суккубами никого не было, а, во-вторых, чтобы понять, а действительно ли это та самая. Я неизменно посылал его лесом, но к Лео неизменно присоединялся Эдуард, который намекал, что неполные девятнадцать лет — это слишком мало, чтобы принимать такие глобальные решения как женитьба, потому что у Темных разводиться не рекомендовалось, я послал и его тем же путем, что до этого Лео, говоря со всем пылом своей молодости, что разводиться я не собираюсь, но даже, если когда-то и разведусь, то мы живем не во времена испанской инквизиции, то есть не во времена детства самого Эда, так что он может со своими рекомендациями… немного помолчать. Правда червячок сомнения меня все же грыз изнутри, а поселился он, благодаря все тому же дуэту — Лео-Эд и присоединившейся к ним Ванде, которые во всех подробностях освежали мне в памяти, причем неоднократно, чем закончился брак моей подруги.

Я снова покрутил кольцо. Наверное, меня покусал Лео, потому что я намеривался по всем правилам просить руки Марины сначала у ее родителей, а потом надеть это кольцо на ее тонкий пальчик.

Так что завтракать я пришел на кухню, а я предпочитал принимать пищу именно на кухне, в приподнятом настроении, и предсказуемо волнуясь.

На столе лежала свежая газета, которую мне всегда оставляла миссис Адамс, и я, плеснув себе кофе, решил почитать свежие сплетни. Так работники порта снова бастуют, да, когда они уже найдут общий язык со своим начальством? Брали бы пример с «Двух Дубков»: не понравился им казначей, так они быстро решают эту проблему, правда, довольно радикальным способом, но хотя бы не доводят до абсурда своей забастовкой. Пенсионерка из Жильны жалуется на подскочившие цены на гречку, хм, надо бы Гринвудсту на этот факт обратить внимание, узнать, с чем это подорожание связано и нельзя ли это как-то использовать. Я перевернул страницу и замер, потому что прямо на меня смотрела Марина, которая стояла рядом с Генри Уилсоном, капитаном моей команды в конном поло на том единственном приеме у Морана, который я посетил. Через всю страницу шла надпись о том, что наследница Рубелов и наследник Уилсонов объявили о своей помолвке. Я невидяще смотрел на статью, пытаясь переварить смысл написанного, но он постоянно от меня ускользал. Глаза цеплялись за фамилии Уилсона и Рубел, которые никак не связывались воедино с написанным в статье. Несколько раз меня пробило током, когда я прочитал свою фамилию, но смысла я так и не понял.

Медленно поднявшись из-за стола, я взял в руки вилку и, тщательно представляя себе парк поместья Рубелов, начал строить портал.

Я бывал здесь достаточно часто, чтобы не ошибиться. Появился я у той беседки, где мы часто сидели с Мариной, когда гуляли по этому великолепному парку. Я всегда преувеличенно бережно к ней относился. Мы даже целовались нечасто. Может быть зря? Может, нужно было последовать совету Лео?

Марина сидела в беседке и читала газету, тот самый выпуск, который я бросил на столе, когда перемещался сюда. Она почувствовала мое присутствие, потому что вздрогнула и резко повернулась ко мне.

— Никак не могу привыкнуть к тому, что ты маг, — вместо приветствия сказала она, с таким удивлением меня разглядывая, что я вначале даже засомневался: одет ли я? Потом до меня дошло — я не переоделся, перед тем как воспользовался порталом, и впервые Марина увидела меня в майке с тонкими лямками, заправленной в штаны военного покроя с множеством карманов. Она словно не могла оторвать взгляда от шикарной татуировки, которая занимала почти половину моего торса и всю левую руку. — Ты… Ты выглядишь по-другому, — наконец пробормотала она.

— Я всегда так выглядел, с шестнадцати лет, так точно. Может, только чуть повыше стал, — я саркастически ухмыльнулся. — Просто я щадил твои девичьи чувства и не выставлял напоказ свое тело. И да, я маг, не это ли основная причина вот этому? — я кивнул на газету.