Читаем Перепутье полностью

В тот момент, когда Крис не выдержала и все-таки вскрикнула, Целитель вынырнул из-за ширмы, держа в руках маленькое, облепленное какой-то слизью тельце. Кристина с облегчением откинулась на твердый подголовник, а ребенок громко закричал.

— Поздравляю, у вас прекрасный мальчик. Не хотите перерезать пуповину? — Лео сначала отрицательно замотал головой, а затем пару раз кивнул. Так вот зачем его намывали и перчатки на руки надевали. Леонардо трясущимися руками взял протянутые ему ножницы, очень странные ножницы с изогнутыми лезвиями, и подошел поближе. — Вот здесь режьте, между зажимами.

Как только ребенок был отделен от матери, его забрал другой целитель и утащил на небольшой столик. Лео так и остался стоять столбом с инструментами в руках, на его лбу появилась испарина, но он мужественно держался. И тут начались непредсказуемые последствия: свет пару раз мигнул, а лоток на столике возле Кристины поднялся в воздух. Я сориентировался быстрее всех.

— Кто? — резко спросил я у целителя. Тот тоже соображал быстро в отличие от этого тормоза — новоиспеченного папашки.

— Ребенок, — коротко ответил максимально сосредоточенный целитель.

— Я помогу, — я отпустил руку Кристины, которая смотрела на меня с легким испугом, и шагнул в направлении ребенка. — Отойдите, — я дотронулся до плеча целителя, который в этот момент немного отступил от стола, где лежал колотящий воздух ручками и ножками, орущий мальчик, только что появившийся на свет. Я шагнул к нему и прикоснулся кончиком пальца к его лбу, прикрыв глаза. Где же твой источник? Ага, вот он. Источник был расположен в районе солнечного сплетения. — Так, прекращай хулиганить, — обратился я к ребенку, одновременно посылая крошечный импульс в разбушевавшийся центр. Повинуясь воле Темного, нити из источника новорожденного ребенка, который никак не смог бы их контролировать, взбрыкнув еще раз, улеглись на место, уснув на время. — Вот так, хорошо, — проворковал я.

— Как хорошо, что вас пригласили, — раздался голос целителя, оказавшегося женщиной, во всяком случае, из-под всех этих масок раздавался женский голос. — Обычно маленькие маги не успокаиваются, пока половину комнаты не разнесут. А родители, как правило, пребывают в постродовой прострации, чтобы помочь своему ребенку.

— Они же не могут это контролировать, — я не стал уточнять кто именно: родители, один из которых ослаб после родов, а второй находится в этой самой прострации, или сам ребенок. Я отошел к Леонардо, который смотрел на меня круглыми глазами. — Ты… ты что не мог помочь сыну? У вас хотя бы магия родственна, а мне пришлось действовать почти грубо.

— Я растерялся.

— Растерялся он. Знаешь, сколько здесь таких, как ты? Ни одного! Ты один такой идиот! — я подошел к Кристине. — Не обращай на него внимания, он очухается и снова превратится в заносчивого сноба.

— Не сомневаюсь. Спасибо, Дей, — она пожала мою руку, а я снова погладил ее по голове.

— Мне надо идти, надеюсь, больше мы не рискуем потерять твоего муженька?

— Надеюсь, что нет, — Кристина улыбнулась. Она больше не смотрела на меня, ее взгляд был устремлен на ребенка, которого в это время нес к ней целитель.

Видя, что счастливым родителям резко стало не до меня, я вышел из родового зала, забрал куртку, спустился в холл и, сняв с себя больничную амуницию, под которой я здорово вспотел, вышел на улицу.

Спешить мне было пока некуда, и я пошел по улице, решив дойти до своей новой квартиры пешком. Внезапно мне до боли захотелось увидеть Марину. Я схватил телефон и включил вызов.

— Добрый день, — раздался любимый голос.

— Марина, я хочу встретиться.

— Деймос, что-то случилось?

— Нет, я просто захотел тебя увидеть.

— Извини, но я сейчас занята, давай встретимся завтра, — я сжал зубы, пытаясь унять заколотившееся сердце.

— Я завтра не могу. Завтра занят я.

— Ну тогда созвонимся, люблю, целую, — и она повесила трубку. Я остановился и невидящим взглядом смотрел на погасший дисплей телефона. Почему все так происходит? Может, все изменится, если я сделаю предложение?

Я перевел взгляд с телефона и наткнулся на здание огромного супермаркета, а ведь здесь у меня нет кобольдов, значит, готовить придется что-то самому. И прежде чем начать готовить, нужно что-то купить, из чего, собственно можно приготовить. Поэтому я направился в магазин, впервые на моей памяти для того, чтобы купить продукты. Предварительно я проверил наличие кошелька и кредиток. Даже если в этом магазине есть распознаватель, светить свое имя мне не хотелось. В итоге я закупил только субпродукты и готовую еду, которую нужно было разогревать. Подозреваю, что большинство из купленного просто несъедобно, но готовить я не умею от слова совсем, так что, будем надеяться, что не отравлюсь.