Читаем Перепутье полностью

Вокруг меня был хаос. Металлический стол был буквально впаян в стену, изображая чудовищное сюрреалистическое панно, стул представлял собой металлический шар абсолютно правильной формы. Людей же словно пропустили через мясорубку. В крови было все. Стены, пол, потолок, я. Более-менее сформированных останков человеческих тел я так и не увидел. Вот откуда эта легкость, энергия такой близкой от меня смерти, просто не могла не усвоиться моим и так нехилым таким резервом. Ноги у меня подкосились: не смотря на мои приключения на практике к виду человеческих останков я так и не привык, к горлу подступила тошнота. На ощупь найдя дверь, я вывалился в коридор. Упал на колени и меня вырвало. Рвало меня долго и качественно. Когда же во мне не осталось даже желчи, я вытер рот рукой и, пошатываясь, поднялся. Первая мысль, которая сразу же посетила мою голову — свалить отсюда побыстрее и подальше. А потом перед моими глазами встала мордашка склонившегося надо мной ребенка, а также неподвижная фигура связанного волка. Они были совсем недалеко: через две двери по коридору от того места, где я сейчас находился. Вора, втравившего меня в такую передрягу, мне было абсолютно не жалко и, если бы дело касалось только его, я был бы уже далеко. Встряхнув головой, я кинулся в комнату. Дверь оказалась открыта, те гориллы даже не потрудились ее закрыть после того как вытащили меня из комнаты. А оставшиеся в комнате кретины, даже не попробовали ее открыть, чтобы сбежать в то время, когда с меня предположительно снимали стружку. Я вбежал в комнату и увидел всю троицу, сидящую в одном углу. Волк уже был развязан и вел себя относительно спокойно. Увидев меня на пороге комнаты, пленники кинулись ко мне, причем все трое. А я только сейчас заметил у себя в руках проклятую сумку, в которую я вцепился мертвой хваткой. Когда и как я успел ее схватить? И главное, зачем?

— Все на выход, — приказал я. — Сейчас сюда прибудут совсем взрослые дяди без чувства юмора, которые могут не оценить мой им подарок.

— Ты весь в крови, — еле слышно проговорил пацан, разглядывая меня своими огромными глазищами, в которых застыл страх.

— Это не моя. Потом поговорим. Сейчас аккуратно выходим и валим туда, откуда пришли. Ясно? — горло болело, и мой голос звучал довольно глухо.

— Ты так кричал, что мы слышали, — мальчик закрыл глаза. — Твой волк начал рваться. Он так сильно рвался, что порвал веревки. Мы его еле удержали. А потом ты замолчал, и он успокоился.

Я внимательно посмотрел на Гвэйна. Он явно хотел прийти мне на помощь, но вот только в качестве кого? Ни за что не поверю, что оборотень не почувствовал бушевавшую в двух комнатах от этого места необузданную Силу смерти. Когда же я уже разгадаю загадку этого недооборотня?

Я молча покачал головой и двинулся в сторону двери. Все, включая Гвэйна, устремились за мной. Вот так, «гуськом», мы быстрым шагом добрались до выхода из здания. Я постоянно оглядывался, боясь, что в доме еще остались люди, и если они увидят, во что превратились их собратья, мало нам не покажется. К счастью, по дороге к свободе нам никто не встретился, и мы достаточно быстро выбрались наружу.

Оказывается, была уже ночь. Мы стояли возле какого-то скрытого бункера на том самом поле, отделяющим мое поместье от Жильны. Ну и хорошо, лично мне топать до дома всего около трех километров. Не успел я обрадоваться, как произошло сразу две вещи. Мой волк, заскулив, сделал один оборот вокруг своей оси по часовой стрелке и выгнулся. Через мгновение вместо зверя передо мной стоял абсолютно голый незнакомый мужик. С очень светлыми, практическими белыми волосами и черными слегка раскосыми глазами. Он был очень красив, как будто я смотрел на ожившую статую знаменитых скульпторов. Пока я подбирал отпавшую челюсть, не спешивший убегать вор заорал и упал на землю, обхватив себя руками. Как-то я пропустил тот момент, когда он разделся, но через пару мгновений, на месте катающегося по земле голого мужика, оказался серый плешивый волк. Моя психика не выдержала стольких событий, произошедших в один день, и я сорвался на крик. К счастью, моя магия молчала, видимо, все то, что недавно произошло, привело меня к кому-то подобию нормы.

— А ну, стоять! — заорал я. Стоящие на одном месте волк и мужчина удивленно переглянулись.

— Да мы никуда и не спешим, — пожал плечами мужчина. Голос его, правда, показался мне знакомым.

— Ты вообще кто такой?!

— Эдуард. Но ты можешь называть меня Эдиком.

— Знаешь, Эдуард… — мою заготовленную речь о Фолтах, неправильных оборотнях, типах, которые скрывали такой фантастический факт в течение года, прервал звук подъезжающих машин.