Она встретила его пристальный взгляд твердо и невозмутимо, и придержала язык. Дети Алгарина женаты. Те из них, кто оставался в живых. Возможно, что он готов передать этот клочок земли своим потомкам. В любом случае, станет ли больше-меньше еще одним мужчиной, умеющим направлять – вряд ли это сильно изменит положение вещей. Конечно, если этим мужчиной не будет тот мальчик, что сейчас всматривается в нее.

Выждав паузу, его подбородок дрогнул в одобрительном кивке. Он ее проверял?

– Не стоит бояться, мальчик, что когда ты того заслужишь, я позабуду назвать тебя дураком. – Большинству людей хватало одной встречи с Кадсуане, чтобы запомнить ее острый язык. Этому же юноше, время от времени, приходилось его показывать. Он хмыкнул. Это мог быть смешок. Это мог быть стон. Она напомнила себе – он хотел, чтобы она его чему-то научила. Хотя при этом, кажется, не знал – чему. Не имеет значения. У нее имелся на выбор целый список, а она только начала.

По его лицу не возможно было прочесть его чувства, словно оно было высечено из камня. Однако, он вскочил с кресла и стал ходить по комнате взад и вперед: от камина к двери, и обратно. Закинутые за спину руки сжимались в кулаках.

– Я разговаривал с Аливией. О Шончан, – начал он. – У них есть основания называть свою армию Непобедимой. Она никогда не проигрывала войну. Сражения – да, но никогда войну. Когда они терпят поражение, Шончан садятся и разбирают, что они делали не так, и что враг делал правильно. После чего изменяют то, что нуждается в переменах для того, чтобы победить.

– Мудрый подход, – заметила она, когда поток слов на мгновения прервался. Очевидно, он ждал комментария. – Я знаю людей, которые поступают так же. Даврам Башир, например. Гарет Брин, Родел Итуралде, Агельмар Джагад. Даже Пейдрон Найол, когда был жив. Их всех считают великими полководцами.

– Да, – ответил он, продолжая ходить. Он не смотрел на нее, возможно даже не видел, но он ее слушал. Как ни странно, можно надеяться, что и слышал. – Только пять человек, и все великие полководцы. А у Шончан каждый поступит также. И подобным образом они действовали в течение тысячи лет. Они изменяют то, что нуждается в перемене, но не отступают и не сдаются.

– Ты начинаешь думать, что их нельзя победить? – спросила она невозмутимо. Пока не знаешь фактов, невозмутимость всегда выручает. Да и после того, как узнаешь, обычно тоже.

Мальчик повернулся к ней, упрямый, с ледяными глазами.

– Я смогу, в конце концов, нанести им поражение, – произнес он, сделав над собой усилие, чтобы говорить вежливо. Очень хорошо. Чем реже придется доказывать, что она способна наказать, и обязательно накажет нарушителя установленных ею правил, тем лучше. – Но… – он с рычанием прервался, когда через дверь проникли звуки перепалки в прихожей.

Мгновением позже она распахнулась, и в комнату, спиной вперед, ввалилась Элза, продолжая громко спорить, и старалась расставленными руками сдержать появление двух других Сестер. Эриан, ее бледное лицо стало пунцовым, с силой пихала вперед свою напарницу по Зеленой Айя. Сарен, женщина столь красивая, что Эриан на ее фоне выглядела почти простушкой, имела более спокойное выражение лица, как и следовало ожидать от Белой. Но при этом, в раздражении, так сильно трясла головой, что цветные бусинки, заплетенные в ее тонких косах, с треском бились друг о друга. Характер у Сарен имелся, хотя обычно она держала его за семью замками.

– Приближаются Бартол и Рашан, – громко доложила Эриан. Волнение подчеркнуло в ее речи иллианский акцент. Речь шла о двух ее Стражах, оставленных в Кайриэне. – Я не посылала за ними, но кто-то их сюда переместил. Час назад я внезапно почувствовала, как они направляются ко мне, а только что оказались еще ближе. Скоро они объявятся здесь.

– Мой Витальен тоже приближается, – добавила Сарен. – Он прибудет сюда, я думаю, в течение нескольких часов.

Элза дала своим рукам опуститься, хотя, судя по неподвижности спины, все еще сверлила Сестер взглядом.

– Мой Ферил также вскоре появится, – пробормотала она. Он был ее единственным Стражем. Говорят – они женаты, а Зеленые сестры, выходя замуж, редко брали себе еще одного Стража. Кадсуане задалась вопросом, не придется ли, если не решатся другие, заговорить ей самой.

– Я не предполагал, что это произойдет так скоро, – мягко сказал мальчик. Но под этой мягкостью чувствовалась сталь. – Но я не должен рассчитывать, что события станут меня дожидаться. Не должен, Кадсуане?

– События никогда никого не ждут, – ответила она, вставая. Эриан вздрогнула, словно заметив ее только сейчас. Кадсуане знала – ее лицо оставалось столь же невозмутимым, как и у мальчика. Хотя, возможно, и столь же непреклонным. То, с чем прибыли Стражи из Кайриэна и те, кто переместился вместе с ними, само по себе могло доставить достаточно хлопот. А тут еще она, по-видимому, получила от мальчика новый ответ и оказалась перед необходимостью тщательно обдумать, что ему советовать дальше. Иные ответы заковыристее вопросов.

Глава 24

Крепчающий шторм