Читаем Перейти грань полностью

Памела чувствовала себя уютно в объятиях Фоулера. Он пил шампанское из пластмассового стакана — загорелый, небритый, в грязном и пожелтевшем шерстяном свитере. Глаза у него были заспанные, а речь невнятной.

— Да, да, мы спрятали его, Фоулер. — Браун подобрался к нему и протянул руку. — Но все равно желаю удачи.

Фоулер пожал ему руку, стараясь не смотреть в глаза, делая вид, что весь поглощен Памелой.

— Он порядком нагрузился, да? — спросил Стрикланд у Брауна, когда они оставили Фоулера обниматься с Памелой. — И собирается идти так вокруг всего земного шара?

Браун рассмеялся.

— Он, наверное, всю неделю прощался с друзьями. Поспит где-нибудь у берега и придет в себя, а потом уж пойдет за победой.

Они продолжали по очереди обходить участников гонки. Ян Деннис находился в рубке своей сияющей алюминием крейсерской яхты вместе с молодой женщиной из издательства, где готовилась к выходу его книга. Завидев Брауна, он быстро выскочил на палубу.

— Всего самого наилучшего, Деннис, — приветствовал его Браун.

— И тебе того же, приятель, — ответил Деннис. Молодая женщина, которую он не представил, натянуто улыбнулась Брауну.

Следующей они посетили лодку Кервилля, пахнущую тиком красавицу, на которой француз провел чуть ли не все двадцать последних лет. По дороге Браун останавливался поговорить с Массимо Сефалу, офицером ВМС Италии, который отправлялся на итальянской серийной лодке; с Мартином Хэлдом, строителем из Сент-Кройкса, отплывавшем на лодке собственной постройки. Были также: поляк, которого звали Станислав Рольф и который поцеловал Брауна в щеку; датчанин; два англичанина и еще четверо американцев. Если участника не было на борту его яхты, Браун выискивал его в галереях порта. Через некоторое время Херси и Стрикланд отстали от него.

— Он на самом деле собрался пожать руку каждому? — спросил Херси. — Что это с ним такое?

— Может быть, он суеверный, — предположил Стрикланд.

Они устроились на площадке посреди толпы и снимали знамена и сигнальные флаги, полоскавшиеся на фалах над причалами порта. У Стрикланда не выходил из головы Браун, неутомимо обходивший соперников. Неожиданно его осенило, что тут может быть некая подоплека, о которой он вовсе не подозревал. Позднее он оказался на пароме вместе с Энн и Оуэном. Херси под звуки духового оркестра дремал в фургоне. Памела, как видно, удалилась в неизвестном направлении с Престоном Фоулером. Капитан Риггз-Бауэн и его молодой помощник лениво курсировали вверх-вниз по Ист-Ривер на маленькой плоскодонной моторке с развевающимся вымпелом Саутчестерского яхт-клуба. Между портом и Бруклинским мостом выстраивалась процессия судов сопровождения и буксиров.

— Время подходит, — проговорила Энн.

— Я должен оставить вас вдвоем, — заметил Стрикланд.

— Нет необходимости, — возразил Браун.

— Все в порядке, — подтвердила его жена.

Они возражали искренне, и он заподозрил, что их смущает возможность оказаться наедине друг с другом. Энн вдруг спохватилась:

— О Боже, а батареи?

Стрикланд посмотрел на Брауна. Его лицо было бледным и напряженным.

— Не беспокойся, — сказал он жене.

— Но как же я могла забыть, о Господи, — причитала Энн.

— Мне пришлось отказаться от них, — объяснил ей муж. — Они были заказаны поздно.

— Мне следовало проследить за этим.

— Это я виноват. — Браун говорил спокойно. — Обойдусь тем, что есть.

— Я оставлю вас, — быстро произнес Стрикланд. — Присмотрите за моей аппаратурой.

На площадке он увидел человека с полицейским пропуском для прессы и обратился к нему:

— К… когда они отправляются?

Он не справился с речью, и мужчина посмотрел на него со снисхождением.

— С приливом. — Полицейский взглянул на часы. — Меньше чем через два часа.

Стрикланд пробрался к фургону и разбудил Херси.

— Они прощаются. Пойдем.

Собираясь уже закрывать машину, Стрикланд вдруг остановился.

— Нам надо подарить ему что-нибудь.

— Что, например?

— Купи бутылку шампанского, — неожиданно решил Стрикланд. — Чтобы он мог выпить на Рождество. Поезжай на Чамберс-стрит или куда-нибудь еще и купи бутылку.

Херси знал свои права.

— Какая к черту бутылка! Мы лишимся нашего места на стоянке. К тому же сегодня воскресенье.

— Я должен подарить ему что-то.

— Да с какой стати?

Не обращая внимания на Херси, он принялся шуровать в багажнике машины. Там было полно старья, оставшегося от его прошлых съемок и мест пребывания: испорченные снимки, кассеты для пленки, упаковки от продуктов, пластиковые пакеты из-под марихуаны, куски заляпанного краской брезента. Откуда-то снизу он вытянул огромный альбом с вьетнамскими фотографиями, выпущенный в качестве приложения к «LZ Браво». На альбоме отпечатались разводы от кофейных чашек, фотография на обложке совершенно выцвела, но Стрикланд тем не менее решил взять его для Брауна.

— Позвольте заметить вам, — участливо проговорил Херси, — что вы выглядите несколько вздрюченным.

Стрикланд игнорировал его замечание.

Вернувшись на «Нону», Стрикланд увидел там Даффи и Гарри Торна. Все стояли на пароме и восторгались биноклем, присланным Брауну отцом Энн к предстоящему путешествию.