Читаем Перед завтраком полностью

Юджин О’Нил

Перед завтраком

Before Breakfast by Eugene O'Neill (1916)

перевод с английского В. Денисова


Декорация. Маленькая комната, служащая одновременно кухней и столовой в квартирке на Кристофер-стрит в Нью-Йорке. В глубине комнаты, справа, дверь, ведущая в коридор, слева от двери раковина и газовая плита с двумя конфорками. Над плитой, вдоль левой стены, деревянный буфет и т. д. Налево два окна, выходящие на черный ход, на окнах, забытые, засыхают растения в горшках. Перед окнами покрытый клеенкой стол. Около стола два стула с плетёными сидениями; еще один стул стоит у стены справа от двери в глубине комнаты. У правой стены, сзади, дверь, ведущая в спальню. Здесь и там вешалки, на которых висят различные предметы мужского и женского туалета. Веревка для белья протянута из левого угла в глубине комнаты вперед, к правой стене.


Около половины девятого утра. Прекрасный солнечный день. Ранняя осень. Из спальни, зевая, выходит миссис Роуленд. Ее руки все еще производят заключительные движения утреннего туалета — небрежно втыкают заколки в волосы, которые тускло-коричневыми пучками торчат на макушке ее круглой головы. Она среднего роста и склонна к непомерной полноте, которую подчеркивает ее бесформенное голубое платье — убогое и поношенное. Ее лицо не слишком запоминается — мелкие правильные черты и голубые ничем не примечательные глаза. На лице, вокруг глаз, носа и бледных, злых губ, страдальческое выражение. Ей немногим больше двадцати, но выглядит она гораздо старше. Она идет на середину комнаты и, вытягивая руки во всю длину, зевает. Ее сонные глаза осматривают комнату утомленным взглядом человека, которому долгий сон не принес покоя. Затем устало бредет направо к вешалке и снимает с крючка передник. Пытается его надеть, и, когда крючок отказывается повиноваться ее неловким пальцам, чертыхается, давая выход своему раздражению. В конце концов она его застегивает, медленно идет к плите, зажигает одну конфорку, наливает из крана в кофейник воды и ставит его на огонь. Затем тяжело опускается на стоящий у стола стул и кладет руку на лоб — словно у нее болит голова. Вдруг ее лицо светлеет — она что-то вспомнила; бросает быстрые взгляды на буфет, потом пристально смотрит на дверь спальни и секунду-другую напряженно вслушивается.

Миссис Роуленд(тихо). Альфред! Альфред!


Из соседней комнаты никто не отвечает, и она чуть громче, с подозрением в голосе, продолжает.


Не притворяйся, что спишь.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Оникс
Оникс

Притяжение между Кэти и Дэймоном только усиливается. Однако настоящие ли это чувства или следствие чудодейственного исцеления, после которого организм Кэти странным образом изменился?Между тем у Кэти появляется новый знакомый — атлетичный, харизматичный, романтичный: цветы, свидание, поцелуи. Не это ли настоящая любовь с обычным парнем — то, о чем она так мечтает. К чему прислушаться — к доводам разума или песне сердца?И знает ли Кэти, что за ее голову уже назначена высокая цена!Читайте продолжение романа «Обсидиан»!Каждая книга Дженнифер Арментроут — это мегабестселлер или блокбастер среди книг.В России роман выходит в фанатском переводе!

Дженнифер Ли Арментроут , Максим Досько , Дженнифер Л. Арментроут , diphobia

Драматургия / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Самиздат, сетевая литература / Фанфик / Любовно-фантастические романы / Романы / Стихи и поэзия
Светло, синё, разнообразно…
Светло, синё, разнообразно…

«Горе от ума», как известно, все разобрано на пословицы и поговорки, но эту строчку мало кто помнит. А Юлий Ким не только вспомнил, но и сделал названием своего очередного, четвертого в издательстве «Время» сборника: «Всё что-то видно впереди / Светло, синё, разнообразно». Упор, заметим, – на «разнообразно»: здесь и стихи, и песни, и воспоминания, и проза, и драматургия. Многое публикуется впервые. И – согласимся с автором – «очень много очень человеческих лиц», особенно в щемящем душу мемуаре «Однажды Михайлов с Ковалем» – описанием странствий автора с великими друзьями-писателями на том и на этом свете. И Грибоедов возникнет в книге еще раз: «А ну-ка, что сказал поэт? / Всё врут календари! / А значит, важно, сколько лет / Не с виду, а внутри!». Внутри Юлию Киму по-прежнему очень немного – до смешного мало.

Юлий Черсанович Ким

Драматургия
Он, она, они
Он, она, они

Юрий Поляков (род. в 1954 г.) – современный русский драматург. Его пьесы и инсценировки широко ставятся в России, СНГ, а также за рубежом. В одной Москве идет семь его спектаклей, многие из которых держатся в репертуаре десятилетиями. Так, «Хомо эректус» сыгран в Театре сатиры более 300 раз. С 2001 года не покидает сцены МХАТ имени Горького «Контрольный выстрел», поставленный Станиславом Говорухиным. Но абсолютный рекорд – это инсценировка знаменитого романа «Козленок в молоке», сыгранная в театре имени Рубена Симонова на аншлагах 560 раз!В ноябре 2015 года прошел первый международный театральный фестиваль «Смотрины», целиком посвященный творчеству Полякова. Это единственный в стране авторский фестиваль здравствующего драматурга. За две недели на сцене театра «Модерн» было сыграно двенадцать спектаклей, привезенных в Москву из Нижнего Новгорода, Кирова, Пензы, Белгорода, Еревана, Петербурга, Кечкемета (Венгрия), Костромы, Чимкента (Казахстан), Симферополя… «Заочно» пьесы Полякова на своих сценах в рамках фестиваля показали еще пятнадцать театров от Владикавказа до Хабаровска.В ноябре 2019 года состоялись «Смотрины»-2, они прошли на сцене театра «Вишневый сад» и в очередной раз подтвердили растущий интерес зрителей к творчеству Юрия Полякова, который в 2018 году возглавил Национальную ассоциацию драматургов России (НАД).

Юрий Михайлович Поляков

Драматургия / Пьесы