Читаем Перебежчик полностью

— Игорё-ё-ёк… Гарантии чего? Мы же с тобой не договор подписываем. Гарантии ему нужны…

— Я прошу Вас… — в голосе Ведерникова отчетливо слышались слезы, которые он готов был выпустить наружу, и приближающаяся пьяная истерика. — Помогите! Вы говорили, что поможете, если я приду и расскажу Вам всю правду. Готов выложить все, как на духу. Идите сюда…

Игорь завозился в кустах, наверное, освобождая мне место.

— Нет, спасибо. Лучше уж Вы сюда. — Я кивнул Ведерникову в сторону автомобиля, стоявшего неподалеку.

— Нас могут увидеть и заподозрить в сговоре, — Игорь Леонидович активно замотылял башкой. Ему, видимо, от столь резких движений стало плохо. Ведерников громко икнул и попытался завалиться назад.

— Черт! — Я подскочил совсем близко, ухватил этого придурка за шиворот и вытащил его, наконец, из зарослей. — Послушайте, Игорь Леонидович, вот если я буду в Вашей компании вечером по кустам отираться, тогда нас точно заподозрят, но совсем не в том, о чем Вы переживаете. Хотя… времена ещё слишком приличные… В машину бегом!

Я подтолкнул Ведерников в сторону «Волги». От моего толчка он по инерции, словно его к машине влекло непреодолимой силой, мелкими шажками добежал до самой тачки. Потом нащупал ручку двери, открыл ее и уселся. Хотя, нет. Не уселся. Завалился внутрь.

— Черт… как-то не задался наш план с самого начала… — высказался я уже по привычке в воздух, а потом сам полез за руль.

— Максим Сергеевич! — Ведерников тряхнув головой, резко попытался закинуть упавший на лоб волос. Ожидаемо ни черта у него не вышло.

— Да твою ж мать… Игорь! Соберись! — я на полном серьёзе стал осмыслять вариант, в котором мне придётся вернуться в гостиницу и попросить у Тамары нашатыря.

— О-о-о… Максим Сергеевич, — Ведерников пьяно улыбнулся. — Я пришел с повинной. Да… Помогите мне.

— Супер! Давай теперь по порядку. И желательно, в сжатой форме, — я посмотрел на часы. По идее, Комарова уже все глаза проглядела, меня ожидаючи, а Калинин, опять же, чисто теоретически, должен уже вместе с костюмом нестись в сторону гостиницы, где остановился Фидель Кастро. Про Маркова даже боюсь предполагать. Вадим Александрович, вот, например, был сильно уверен в себе и своих возможностях. А поди ж ты, Ведерников, тот самый, который должен тоже мчаться в какую-то сторону, но только не ко мне, сидит рядом и желает каяться.

— Это я убил Маслова, — выдал вдруг Игорь Леонидович и всё-таки заплакал, размазывая слезы вместе с соплями по лицу.

— Неожиданно, — ответил ему я после секундной паузы.

На самом деле неожиданность заключалась не в его признании, я в любом случае подозревал эту сладкую парочку, в которую кроме сидящего рядом парня входила еще Филатова. Просто меня реально удивил тот факт, что Ведерников осмелился произнести это вслух.

— Да… но все вышло случайно. Максим Сергеевич, голубчик, Христом богом прошу, помогите, — Игорь подался вперед и попытался ухватить меня за руку. Еле успел отдернуть. Просто появилось реальное опасение, что он ее, мою руку, сейчас начнет лобзать.

— Так… И? Как Вы, товарищ Ведерников, ухитрились случайно убить Льва Ивановича. Это же, как бы поточнее выразиться, не таракана прихлопнуть.

— Он угрожал… Он угрожал Нине. Говорил, что все понял. Что догадался. Нина, она ведь… Она…

— Да твою ж мать… Что Вас переклинило? Нина, она… ну, продолжайте! Она работает на Маркова. Об этом речь? На протяжении года Ваша ненаглядная подружка собирала необходимую информацию. Потом передавала ее Маркову. А Марков, как уже, так понимаю, известно до хрена кому, в свою очередь эту информацию передавал нашим зарубежным недругам.

— О-о-о… Вы знаете… — Ведерников нервно всхлипнул, потом достал из кармана носовой платок и, наконец, вытер свое измазанное всем подряд лицо, — всегда подозревал в Вас большой ум и смекалку.

— Спасибо за комплимент, но давайте вернёмся к покаяниям. Значит, Маслова убили Вы?

— Я, — Ведерников кивнул. — Но клянусь, не хотел. Просто… я должен был защитить Нину. Поэтому плохо соображал, что происходит. А потом испугался и сбежал.

— Господи… что ж вы носитесь вокруг этой Нины… Как кобели вокруг сучки, честное слово. Сколько баб вокруг… Ладно, черт с ней. Дальше. Кто положил фото Комаровой?

— Это не я! Не мы! — Ведерников испуганно затряс головой. — Это — Вадим. Он узнал откуда-то, что Лев Иванович умер по моей вине. Шпионил за ним, что ли. Сказал, будто за день до этого караулил одного человека. И видел, с кем Маслов встречался. Потому и ночь провел рядом. Наверное, зашел в дом после того, как я убежал. Наверное… Могу только предполагать. А потом Марков пришёл ко мне. Ждал возле дома. Сказал, будто знает правду. Велел делать все, что он скажет. Потому что, если я откажусь, то он донесёт на меня, куда положено. А потом… потом Анна Степановна. Вадим велел ее убить тоже. Сказал, она может выдать Нину. Что-то такое. Если честно, смутно помню те дни. Сначала нам надо было добиться какого-то признания. Точнее я так и не понял. Просто… основную задачу должен был выполнить Калинин.