Читаем Перебежчик полностью

    Джон Скалли и Прайс Льюис ни в чем не сознались, даже когда в их одежде обнаружили вшитые документы, изобличившие бы и святого. У англичанина Льюиса нашли карту Ричмонда, на которой был набросан план новых оборонительных укреплений, сооружаемых генералом Ли, с заштрихованными отметками в местах предполагаемых редутов и штерншанцeв [14].

Приложенная к набросанной карте пояснительная записка требовала подтвердить предположения и оценить состояние артиллерии, задействованной в новых укреплениях. Джон Скалли, низкорослый ирландец, имел при себе незапечатанное письмо, адресованное почетному секретарю Общества снабжения армии Конфедерации библиями и подписанное майором армии США Джеймсом Старбаком, обращавшимся в письме к неизвестному адресату как к брату во Христе.

Письмо гласило, что приложенным директивам можно верить, а эти директивы требовали полного и текущего перечня войск Конфедерации под командованием генерала Магрудера и особо тщательного доклада о количестве войск, находящихся в городах, гарнизонах и фортах между Ричмондом и Йорктауном.

Поставленный перед фактом обнаружения зашитым в подкладке его куртки письма, Джон Скалли клялся, что купил эти вещи у маркитанта за городом и понятия не имел, что это письмо означало. Он улыбнулся, ведущему допрос майору:

- Мне жаль майор, очень жаль. Я помог бы вам, если б это только было в моих силах.

- К черту твою помощь.

Майор Александер был высоким плотным мужчиной с кустистыми бакенбардами и выражением постоянного возмущения на лице.

- Если не заговоришь, - припугнул он Скалли, - мы тебя повесим.

- Вы этого не сделаете, майор, - возразил Скалли, - учитывая, что я гражданин Великобритании.

- К черту Британию.

- Обычно я бы с вами согласился, да, согласился бы, но в данную минуту, майор, я всего лишь ирландец, который на коленях благодарит Бога за то, что тот сделал его британцем, - Скалли ангельски улыбался.

- Твое британское подданство тебя не защитит. Тебя повесят! - угрожал Александер, но Скалли всё равно не заговорил. На следующий день пришли известия о прорыве янки линий обороны у Форта Монро.

На полуостров прибыл генерал Макклелан, и теперь вся Виргиния знала, откуда грянет гром небесный. Грозная армия продвигалась к слабым укреплениям, протянувшимся от Йорктауна до острова Малберри.

- Еще месяц, - заверял Прайс Льюис Джона Скалли, - и нас спасут. Мы станем героями.

- Если до этого нас не повесят, - ответил Джон Скалли, перекрестившись.

- Не повесят. Они не посмеют.

- Не слишком в этом уверен, - Скалли утрачивал свою решимость.

- Они не посмеют! - настаивал на своем Прайс Льюис. Но на следующий же день в тюрьме был созван армейский трибунал, на который представили карту ричмондских укреплений и письмо, адресованное почетному секретарю Общества снабжения армии Конфедерации библиями.

Улики перевесили все сомнения, которые трибунал испытывал из-за подданства пленников, и менее чем через час после начала заседания суда председатель приговорил узников к смерти. Скалли неожиданно задрожал от страха, а высокий англичанин просто презрительно усмехнулся судьям.

- Вы не посмеете это сделать.

- Увести их! - подполковник, председательствовавший на трибунале, ударил по столу рукой. - Вас подвесят, как собак!

Скалли вдруг почувствовал совсем рядом взмахи крыльев ангела смерти.

- Мне нужен священник! - обратился он к майору Александеру - Ради Бога, майор, приведите мне священника!

- Заткнись, Скалли! - прикрикнул на него Прайс Льюис. Англичанина быстро увели по коридору в камеру, а Джона Скалли поместили в другую комнату, куда майор Александер принес ему бутылку дешевого виски.

- Так не положено, Джон. Но я подумал, это скрасит тебе последние часы.

- Вы не посмеете! Вы не можете нас повесить!

- Послушай! - прервал его Александер, и в тишине Скалли мог различить стук молотков. - Виселицу достроят к утру, Джон, - тихо произнес Александер.

- Нет, майор, пожалуйста.

- Его зовут Линч, - продолжал Александер. - Это должно тебя порадовать, Джон.

- Порадовать меня? - поразился Скалли.

- Разве тебя не обрадует, что тебя повесит другой ирландец? Кстати, старик Линч отнюдь не мастер своего дела. Он слегка намудрил с последними двумя. Один черномазый помирал минут двадцать, и зрелище было не из приятных.

Боже мой, совсем не из приятных. Он дергался и обмочился, а при дыхании издавал такой звук, словно наждаком глотку царапало. Ужас, - покачал головой Александер.

Джон Скалли перекрестился, а потом закрыл глаза и молил Бога придать ему сил. Он будет сильным и не предаст доверия Пинкертона.

- Священник - вот всё, что мне нужно, - настаивал он.

- Если ты заговоришь, Джон, завтра утром тебя не повесят, - искушал его Александер.

- Мне нечего сказать майор, я буду говорить только со священником, - храбро держался своего Скалли.

В ту ночь в новую камеру Джона Скалли пришёл очень старый священник. Впрочем, он сохранил отличную шевелюру, и его длинные белые волосы ниспадали ниже воротника сутаны.