Читаем Пепел и лед (ЛП) полностью

Его напряженное тело прислоняется к книжной полке. Он смотрит вверх, на потолок, как-будто все события ночи записаны там в напоминание, но я знаю, что он просто избегает моего взгляда, боится монстра, стоящего перед ним. - Ты сидела на диване. Ты казалось была, в каком-то припадке. Глаза остекленели и ты, словно не слышала меня. - Он засовывает руки в карманы, взгляд опускается к ножу на полу. Ножу, который должен бы быть покрыт кровью, но это не так. - Я попытался потрясти тебя, чтобы у тебя прошло это состояние, но тут ты вскочила и… - Он останавливается.

- И что?

- Ты не переставая говорила что-то …. что-то на каком-то другом, странном языке, но то был не твой голос.

Мои брови выгибаются вверх. - Что я говорила?

Он поднимается на ноги и рассматривает комнату, по прежнему избегая меня. - После того, как ты швырнула меня о стену, ты встала надо мной и ты, ты выглядела так, словно вокруг тебя хлестал ветер и ты, ты …

- Что потом?

- Ты сказала, “Твоя кровь - моя” и эти когти выросли из твоих пальцев и ты набросилась на меня. Я успел откатиться, но тогда ты подошла поближе и я…

Его глаза посмотрели в мои, - Тогда…Тогда… - Он громко выдыхает. - Я не знал, что делать. Ты все приближалась и я увидел нож и… - он опускает голову.

Ему не нужно заканчивать.

-Я тебя поранила? - спрашиваю я.

- Если считать громадную, психологическую, изменившую мою жизнь травму, то - да. Ты хорошенько меня отделала. - Страх витает в его голосе, но его ледяное жало сменилось чем-то теплым и нежным. Его желтовато-коричневые глаза меняются и я знаю, что где-то глубоко внутри, он не совсем ненавидит меня. И в этот миг, это знание такое же прекрасное и ценное как прощение.

- Джейд, - Коннор совсем не смотрит на меня.

- Да?

Он прикусывает нижнюю губу и засовывает руки в карманы, плечи сутулятся, принимая старую позу и делая его на несколько дюймов короче. Простое изменение в осанке заставляет его выглядеть иначе и меняет черты так, что он выглядит маленьким и сломленным. Мне больно на него смотреть. Почему-то я внезапно понимаю, что он всегда был слегка надломлен и только недавно начал снова собирать себя по кусочкам, и вот, пожалуйста я, снова оставляю от него обломки. - Тебе надо уйти. - Эти слова произнесены мычанием, шепотом. Глаза Коннора смотрят мимо меня.

Я не могу с ним спорить. Я не в той ситуации, чтобы спорить. Но его отчужденность жжет, жжет посильней ножевой раны, она ранит куда глубже, чем нож, и я не могу полностью управлять ей или понимать ее. В этот миг мне нужно освободиться, освободиться от тупой боли, охватившей меня от живота до головы, от давления позади глаз, от острой боли, которая слегка стесняет мое дыхание.

Я хочу заплакать. Но, я не могу.

Я смотрю на него, надеясь, что он изменит свое решение, внезапно улыбнется и все забудет. Но он не может. Он полностью меня не замечает, словно бы желая, чтобы я не существовала. И это больнее всего. Потому что без него я не чувствую себя настоящей.

- Хорошо. Я уйду, - мои ноги стали свинцовыми и мне требуется вся моя сила, чтобы передвигать их. В дверях я оглядываюсь на него. - Коннор… - Говорю я, готовая умолять о его прощении, но когда он наконец встречает мой пристальный взгляд, я вижу боль в его глазах, боль, которая, кажется, граничит одновременно с грустью и гневом, тоской и отрицанием. Я обнаруживаю, что мои слова не могут найти путь к губам. Итак, я просто прерываю зрительный контакт, поскольку он окончательный и болезненный, такой, как он есть, открываю дверь и ухожу в ночь.

Теперь мир увидит, какая я. Уязвимая. Уродливая. Злая. Потерянная. Грустная. Разгневанная. Оцепеневшая.

И мертвая.

Я ненавижу этот мир за то, что он выставил меня на показ. Потому что на краткий миг я почувствовала себя живой.

Глава сорок восьмая

Коннор

Я стараюсь не думать о ней, выкинуть ее из головы. Но независимо от того, что я делаю, независимо от того, куда я смотрю, я вижу только Джейд. Она пощипывает гитару на моей кровати. Кружится под дубами. Обнимает меня и удерживает на минуту дольше. Спускается по лестнице и совершенно потрясена тем, что куда-то пойдет со мной. Мне казалось, что это оно … то чувство, о котором люди вечно мечтают и поют в песнях, то чем мои родители жили каждый день. Джейд - мое все: мои крылья, мои корни, мои небеса. Я влюбился в нее.

А она пыталась убить меня.

И вот я оказался в каком-то непонятном дерьме.

Мне снятся ее черные, пустые глаза. Они иссушают меня … сжигая, ошпаривая кипятком, угрожая разрушить, пронзить и убить меня. Эти безжизненные черные глаза вовсе не пустые. Они сочатся ненавистью, жестокостью, вожделением, но более всего, странным и смертоносным голодом. Эти глаза видели меня, и несмотря на то, что я кричал и умолял Джейд проснуться, она этого не сделала. Я все еще слышу скрежет, тихий, скрипучий звук, который издавали кончики ее каблуков, когда они скользили по полу ко мне.

Скрип. Скрип. Скрип.