<p>Джинн Бёрдселл</p><p>Пендервики на улице Гардем</p>

J. Birdsall

The Penderwicks on Gardam Street

Text copyright © 2008 by Jeanne Birdsall

© Н. Калошина, перевод, 2012, 2019

© ООО «Издательство «Розовый жираф», издание на русском языке, 2019

<p>Пролог</p>

Малышка уже неделю как родилась, а маму всё не выписывали. Три сестры Пендервик навещали её в больнице каждый день, иногда даже по два раза. Но, конечно, им этого было мало – хотелось, чтобы мама поскорее вернулась домой.

– Ну когда уже, когда? – теребила маму Джейн, младшая.

Розалинда хмурилась.

– Пять раз тебе говорили: мама не знает, когда её отпустят. – Розалинде было всего восемь, но она помнила, что она старшая и на ней лежит большая ответственность. – Тётя Клер, можно я подержу Бетти?

Тётя Клер, папина сестра, осторожно передала ей малышку. На свете нет ничего приятнее, чем держать на руках младенца, считала Розалинда. Даже если сам младенец спит и знать не знает, что его кто-то держит.

– Мам! Может, тебя выпустят хоть ненадолго, а? Только туда и обратно. А Бетти пока тут побудет… – Скай, вторая по старшинству, пошла в маму: ей достались мамины светлые волосы и синие глаза. Остальные сёстры были кудрявые, темноволосые и кареглазые – как папа. Ну, или как тётя Клер, это всё равно. У малышки Бетти на голове вился пока только младенческий пушок, но тоже уже тёмненький.

– Нетушки, мои дорогие! Когда меня отпустят, Бетти поедет домой вместе со мной. – Мама весело рассмеялась, но сразу умолкла, зажав бок двумя руками.

Тётя Клер вскочила со стула.

– Всё, хватит вам толпиться в палате! – заявила она племянницам. – Бегите в магазин подарков, выберите там себе кому что нравится. Ну, одна нога здесь, другая там!

– У нас денег нет, – сообщила Джейн.

– Сейчас будут. – Тётя Клер выхватила из кошелька бумажку и протянула Скай. – Розалинда, клади-ка Бетти на место! Ей ещё рано ходить по магазинам.

Вздохнув, Розалинда уложила малышку в белую колыбельку возле маминой кровати.

– Ладно. Тогда мы сами выберем ей какой-нибудь подарочек.

– Вот ещё, – Скай дёрнула плечом. – И так денег мало, на всех не хватит.

– Скай! – Мама укоризненно покачала головой, но тётя Клер только улыбнулась и вручила Скай ещё несколько бумажек.

– Всё, ребятки-пиратки, на абордаж!

Тётя Клер была самая лучшая из всех тёть на свете. Потому что она любила детей и прекрасно понимала, чего они хотят. И ещё потому что своих детей у неё не было, так что вся она, полностью и безраздельно, принадлежала племянницам. В общем, пусть себе обзывается сколько угодно, сёстры Пендервик не возражали. А Скай так даже понравилось быть «пираткой». У неё и походка тут же изменилась: она двинулась в сторону магазина подарков вразвалочку, как настоящий морской волк, точнее волчица. Розалинда шла позади нормальной, непиратской походкой. Она вела за руку Джейн и здоровалась по пути со всеми медсёстрами и нянечками, с которыми они за эту неделю успели подружиться.

Магазин подарков находился тут же, в больнице – по коридору прямо и направо, девочки туда частенько наведывались. Но, конечно, у них ни разу ещё не было при себе такой кучи денег. Тётя Клер не поскупилась! Сегодня каждая «пиратка» могла купить для себя не какой-то там сувенирчик, а настоящее сокровище. Скай, давно мечтавшая о часах с чёрным ремешком, не задумываясь подскочила к заветной витрине. Джейн сначала, как всегда, поразглядывала всё по очереди, а потом, тоже как всегда, направилась к куклам. Розалинда уже присмотрела мягкую игрушку для Бетти – маленькую чёрную собачку – и пошла выбирать что-нибудь красивое для себя. У её подруги Анны недавно появилось колечко с бирюзой, и теперь Розалинде ужасно хотелось такое же.

Но почему-то её внимание привлекли не колечки, а тоненькое изящное ожерелье: золотая цепочка и на ней пять подвесок, пять золотых сердечек – одно побольше, в середине, и по два поменьше, справа и слева. Она взглянула на цену, посчитала что-то на пальцах, пересчитала для верности ещё раз. А потом позвала сестёр.

– Надо купить вот это ожерелье, – сказала она. – Для мамы.

– Ого, на него ж все наши денежки уйдут! – Скай уже застёгивала чёрный ремешок у себя на руке.

– Ну и что? Зато маме знаешь как понравится? Вот это самое большое сердечко посерёдке – мама. А четыре поменьше по бокам – я, ты, Джейн и малышка.

Джейн тут же ткнула пальцем в одно из сердечек.

– Вот я! – объявила она. – Розалинда, а мама всё ещё болеет?

– Да.

– Это из-за Бетти?

– Это из-за рака, – ответила Розалинда. Рак. Какое гадкое слово. – Помнишь, папа же нам объяснял. Но она скоро поправится.

– Конечно поправится! – кивнула Скай. – Папа говорит, доктора делают всё, что только возможно. А в этой больнице самые лучшие доктора на свете!

– Ага, – сказала Джейн. – Я за ожерелье для мамы.

– Ну вот! Так всегда. – Вздохнув, Скай направилась к прилавку.

Вернулась она уже без часов, зато вместе с продавщицей, в руках у которой была украшенная бантиком коробочка. А в коробочке – ожерелье.