Мир сошел с ума. Если поддержанный Bugatti с пробегом в несколько сотен или тысяч километров хоть как-то продаваем, то от хромированного красавца можно избавиться только тремя способами: подарить, перекрасить или разбить вдребезги. Или даже не вдребезги: замена колеса, переднего бампера и нескольких деталей подвески вследствие небольшой аварии обошлись московскому владельцу почти в четыре миллиона рублей. Будь повреждения посерьезней, и можно задуматься о новенькой Ferrari взамен ремонта.

Существуют ли вообще машины-легенды, машины мечты?

Не рассыпаются ли сказки о них вместе с ржавчиной с видавших виды кузовов?

Могу ответить однозначно: да, да и еще раз да!

Для тех, кто не в курсе: знаете ли вы, сколько ежегодно собирается на австрийском озере Вертерзее поклонников VW Golf GTI? Сто сорок тысяч! Для нас это просто Гольф, неважно, с каким мотором и подвеской, а для них – Икона. И они знают ответы на любые возражения: Бентли – это их Фаэтон, Фантом – семерка от конкурентов, Майбах – наполовину 140-й, а ожидаемая бомба, внедорожник от Мазерати, – вообще родной брат Гранд Чероки!

А фанатизм владельцев Феррари? На очередной тусовке расставили на площадке заброшенного аэродрома машины так, что с пролетавших самолетов на земле читалось слово FERRARI!

Любовь и фанатизм порой безграничны. И изменчивы, как погода в Лондоне. Машина может разонравиться, или выйдет новая, еще лучшая, или новый аукцион выведет на свет Божий очередной шедевр…

Каждый, у кого к крови подмешено хоть чуть-чуть бензина, проходил это и не раз.

Но, все-таки, есть почти вечные ценности. За них бьются, как за любимую женщину, продают душу дьяволу, совершают поступки, кажущиеся большинству безумством.

Единичными машинами владеют единицы. Даже если кому-то повезло в жизни, это вовсе не значит, что ему же повезло стать автоколлекционером.

Самое большое счастье – жить в ладу с самим собой и окружающим миром. Мне кажется правильным иметь классные, мощные, красивые машины, но в душе оставить место для неосуществимой мечты, такой как Bugatti Type 57, Ferrari 250 GTO, Mercedes-Benz 540K или Talbot Lago. А самые настойчивые всегда могут прикоснуться к мечте руками, пока существуют конкурс элегантности на вилле Д’Эсте, коллекция классических автомобилей князя Монако или Олдтаймер-Галерея, в конце концов. Да и Ральф Лорен иногда показывает публике то, что не увидишь нигде в мире.

Для моего же мироощущения Concorso d’Eleganza на вилле Д’Эсте куда ценнее, чем все Детройты, Женевы и Токио вместе взятые.

P.S. У меня никогда в жизни не будет ЗАЗ-965, по прозвищу Горбатый. Если купить легенду, она может перестать быть таковой. Если купить детскую сказку, впереди останется только старость.

Право на л…

Встать с левой ноги, поехать на выходные в Лугано, Люберцы или просто погулять по лесу, сделать на груди татуировку make love, купить билеты в Ленком или на концерт группы Ленинград…

Конечно, одной буквой “Л” наши желания не ограничиваются, особенно, если мы считаем себя людьми свободными и независимыми.

Возможность выбирать куда, с кем и зачем идти, при этом самостоятельно устанавливая уровень собственной открытости, и представляет собой Право На Личную Жизнь.

Право, данное человеку от рождения и защищаемое им самим, государством и законом на протяжении всей жизни, а, зачастую, и после смерти.

Жизнь соткана из противоречий.

Еще вчера нам хотелось фейерверков признания, ореолов славы и грома аплодисментов. В нашу честь, нашим талантам и успехам. Чтобы сначала заметили, потом узнали и, в конце концов, признали. Радио и телевидение, газеты и журналы, фанаты и поклонники, цветы, шампанское и конфеты…

Но сегодня возникает, нет, не желание, а психологическая потребность натянуть до самых глаз шапку, обмотаться до ушей шарфом и прошмыгнуть незамеченным в самолет, уносящий тебя как можно дальше от столичного блеска и вечного внимания досужей публики.

Может ошибочно показаться, что приведенные примеры касаются исключительно заслуженных селебрити в лице известных артистов и спортсменов, политиков первого эшелона и представителей списка Форбс. Вне своих звездных орбит (придуманных, кстати, то ли нами, то ли для нас) времяпрепровождение этих господ ничем не отличается от нашего с вами досуга.