Читаем Пазл полностью

За окнами странный низкочастотный гул - танки, что ли, гонят куда-то? День Победы уже был. - Какие парады?

Гул нарастал. Странная незнакомая, низкочастотная вибрация. В резонансе дрожали стекла окон и посуда на кухне.

Линкор приблизился к поверхности планеты метров на сто. Именно сотня и высветилась на альтиметре. Щуп манипулятора линкора метнулся к нужному окну. Изображение выводилось на экран. Человек наклонился, за ним, на фоне обоев и опускающихся на планету сумерек обозначилась неясная девичья фигура с небольшими крыльями за спиной. Перекрестье визира, ранее наведенное на человека за клавиатурой, сейчас было наведено на крылатую девушку.

Есть цель! - тут же взревел гудок-ревун. - Огонь!!! - мгновенно отдал команду адмирал.

Открылся портал, и пучок чужой энергии поразил цель.

Саша наклонился поднять упавший карандаш. За спиной что-то мягко упало.

Сзади за креслом, на полу, лежала прозрачная, тоненькая фигурка рыженькой девушки в скромном голубом платье с небольшими белыми крыльями за спиной. - Муза. Она таяла на глазах. В ее груди зияла дыра величиной с кулак. Саша пока различал ее глаза. Она грустно смотрела на него, сделала прощальный жест глазами и умерла, тут же растаяв. Саша все понял. - Но, нереально ведь все это! Это даже не фантастика, а жуткое, ужасное эхо чьих-то ночных кошмаров!

Он подошел к окну. Все небо было в космических кораблях, он видел их не меньше сотни. Один, огромный, с большими цифрами 717 на борту, завис в сотне метров над ним. Александр упал в кресло и быстро, как мог, начал печатать.

"Крейсер двенадцатой республики "Принц" летел из метрополии к алмазной звезде.

В необъятном трюме он вез смену кораблям у считающей звезды. В машинном отделении крейсера механик Окин, поднимаясь по трапу, уронил тяжелый гаечный ключ. Ключ слегка задел тонкую трубку маслопровода, чиркнул по ней и полетел дальше, упав палубой ниже. Окин подобрал ключ и пошел по своим делам.

Ключ чуть согнул маслопровод и давление масла упало. Перегревшийся подшипник продолжил цепочку несчастий флота республики. "Принц" на субсветовой скорости, по касательной, врезался в алмазную звезду"

Саша подошел к окну и стал смотреть на разворачивающиеся для выхода на орбиту корабли.

В огромном машинном отделении крейсера механик Оккин решил подтянуть разболтавшийся зажим на своем кресле. Когда ночью сидишь на вахте, сильно спать охота. И так кресло нагнешь, и так, и спинку с подголовником и так, и вот так!

Черт, скрипит все, надоело! Давно собирался, но там такая гайка большая, надо идти в инструменталку за турбиной, ключи там. Всё то лень, то неохота, то времени нет.

Да вот, вроде бы время появилось. Поднимаясь по трапу, неловко оступился и выронил ключ. Тот обо что-то ударился и упал палубой ниже. Пришлось спуститься снова.

Поднял ключ и деловито зашагал к себе, даже не взглянув на поврежденную трубку маслопровода.

"Кронпринц" на крейсерской скорости, отрабатывая работающими на предельных режимах реакторами, по касательной, врезался в алмазную звезду.

Что для звезды тысячи тонн? Но скорость! Вот именно этой энергии и хватило, чтобы нарушить зыбкий баланс равновесия между пространственной червоточиной, с нырнувшим на другой край галактики флотом и раздвинутым порталом пространства. Червоточина - кротовая нора захлопнулась. Не просто захлопнулась, а мгновенно сложилась до своих реальных размеров у считающей звезды, втянув в себя корабли с таким ускорением, с которым обычное вещество ускоряться не может.

Сияющий морозным инеем мрак портала мгновенно исчез, выплеснув в пустоту сгусток тусклого света. Пару минут что-то еще искрилось, видимо остатки того, что осталось от сотни кораблей.

Саня смотрел в небо, на готовящиеся улетать звездолеты.

Кто-то набросил на космические корабли огромный черный мешок, который тут же, вместе с содержимым, мгновенно исчез в небе. Раздался протяжный чавкающе-рыдающий звук. Поднялся ветер, закруживший большими вихрями листву и мусор.

Потом все стихло.

В карманах было немного денег. Саша пошел одеваться. Нужно немного развеяться. Чего-то выпить. На что хватит денег.

Саня больше не писал. Но, на днях он вспомнил, что у древних греков было девять муз. И купил кисти и краски. И холсты.

- А не нарисовать ли ему? И нарисовал.

- Звездолеты над истерзанной корабельными орудиями планетой, и звезду, вспыхнувшую нестерпимо ярким голубым светом.

Несмотря на гибель двух эскадр, флот выполнил приказ, цепь фатальных неудач Республики закончилась.

Для завершения начатого решили направить еще эскадру по тому же адресу и сжечь далекую планету - стереть даже вероятность повторения резонанса.

За повседневной суетой и неусыпной заботой о государстве, президент как то забыл, но вдруг, с парализующим ужасом вспомнил, что у древних дреков было девять му...

...исчезло в слепящем, залившем всю Вселенную голубом свете Сверхновой.

Глава пятая

Тварь

Унылая, холодная планета. Скалы, камни, лед. В слабом свете далекого светила поблескивают редкие метановые лужи. Ветер гонит по поверхности кристаллики льда и песчинки.