Читаем Паства (СИ) полностью

Толстые канаты пришли в движение и потянулись вверх, увлекая за собой деревянный настил. Подъёмник — единственный путь наружу из тёмных каменных туннелей, протянувшихся на многие километры под скалой. Некоторые ходы были так глубоки, что уходили под морскую толщу воды. Бывали случаи, когда неосмотрительные рудокопы приближались к морскому дну. Не выдержав напора, стены туннелей рушились, и вода бурными потоками врывалась в узкое пространство под землей, погребая под собой счастливчиков. В таких случаях шахта заваливалась горной породой, и тут же рылся новый проход с поправкой на глубину. Но эта смерть была гуманна.

Хуже, когда кто-то неосмотрительный отбивался от общей массы и терялся в тёмных лабиринтах, обрекая себя на мучительную, голодную смерть. Сколько так сгинуло народу, было невозможно подсчитать, да, и по правде, всем было плевать.

Не пройдёт много времени, как на место погибших встанут новые каторжники. Ведь жизнь за пределами острова была далеко не сахар. Бедность и несправедливость в обществе ставили человека перед трудным выбором. Совершить преступление и прокормить семью или лишить её возможности на выживание. И неудивительно, многие выбирали риск, но лишь единицам удавалось избежать последствий от выбранного ими пути. Поэтому живая сила была в избытке, а если так, то зачем вести подсчет мертвецов?

Джек пребывал в нетерпении. Тело и глаза изголодались по яркому солнечному свету, который не мог заменить собой тусклый свет факелов. Всю неделю он провёл под землей, в непрерывном надзоре за каторжниками, лишь изредка позволяя себе поесть и сомкнуть глаза.

Платформа зашаталась под ногами и тут же раздался скрежет от тормозного механизма. Приехали, понял Джек. Не став медлить и отворив дверцу, он с радостью ступил на твердую поверхность под ногами. Даже спустя столько времени он никак не мог привыкнуть к пустоте под собой. Одна мысль, что тросы могут лопнуть, и он сорвётся во тьму, заставляла его сердце сжиматься.

Пройдя немного вперёд, он услышал приближающиеся шаги. Вскоре в тоннеле показалась очередная смена караула. Идущего во главе колонны он сразу узнал. Уогнер — один из старейших и опытных надзирателей.

— Привет! — радостно поздоровался Уогнер.

— И тебе здравствовать, — Джек протянул руку.

— Давненько тебя не видел. Куда запропастился?

— Служба, — сухо ответил Джек, попутно приветствуя остальных.

— А я слышал, мол старик на тебя взъелся и нарядов надавал.

Стариком часто называли Гарри из-за его долгой службы на рудниках.

— Было такое, — улыбка на лице оказалась натянутой.

— Где же ты ему так насолил?

— Это уже в прошлом.

— Оно и верно. Ладно, пойду я своих догонять, а то ещё заблудятся там, — усмехнулся Уогнер.

— А ты куда направляешься? — поинтересовался Джек.

— Да в самый низ. Вчера новеньких привезли, и старик попросил меня последить за ними. Говорят, отборное отребье, здоровенные и злобные, словно дикие псы.

— Ничего, скоро они поймут куда попали и присмиреют. Но ты аккуратней с ними, мало ли что.

— А то. А потом, после смены, отправлюсь с первым кораблем на большую землю, косточки поразмять. Гарри лично мне обещал.

— Он держит слово.

— А то! — Уогнер на секунду задумался. — Ты про Фергуса слышал? В общем, вчера вечером в столовой этот недоумок решил обыграть в напёрстки Джозефа.

Все знали, что с Джо лучше не играть в азартные игры. Он либо фортовый, либо отличный жулик. Правда, ещё никто не смог поймать его за рукав.

— Ну, и результат был ожидаемый. Проигравшись подчистую, да ещё оставшись должным, Фергус попал в полную власть Джозефа. А тот отказался ждать свои монеты и решил проучить бедолагу. Короче. Вышли мы все из столовки и отправились к Кимболу…

Кимбол был ответственным за всю товарку в лагере. Была у него одна гордость. Самая жирная свиноматка, его любимица. Каждый сезон она рожала ему до тридцати поросят, а после он продавал их сам себе, на нужды каторги, оплачивая деньгами компании. Одним словом, золотая жила для ушлого Кимбола.

— Джо заставил бедолагу в счёт долга объездить эту жирную свинью. Деваться некуда. Долг — есть долг. Это надо было видеть! Фергус перемахнул через забор и, словно дикий зверь, стал красться на цыпочках к своей ничего не подозревающей жертве. Подошёл вплотную, значит, и одним рывком вскочил на неё. Ухватился за уши и вдарил в жирные бока сапогами. Та с диким визгом сорвалась с места и начала кружить по вольеру. Ну, и как ты догадался, немного погодя, на пороге своей лачуги показался голый Кимбол. Он так спешил на помощь своей подруге, что забыл про одежду. А Джозеф возьми, да открой вольер. Хрен знает, как это у него получилось. Боевая свинья сразу в проем и выскользнула, вместе с седоком на ней. Кимбол, как есть, кинулся ловить их по всему лагерю. От такой картины мы все животы понадрывали. Фергус свалился со свиньи и дал деру от разгневанного Кимбола. Правда, паренёк оказался прытким и все-таки успел удрать. Проклятий он наслушался в свой адрес — просто жуть.

— Вот умора!

— А то! — задыхаясь от смеха, заверил Уогнер.