Читаем Пасть полностью

Капитан демонстративно проигнорировал его выступление и обращался исключительно к хозяину. Руслан молча стоял у дверей, доедая малину; на вид — расслабленный, благодушный и совсем не опасный.

— О многом потолковать надо, Северцев. О джипе твоём, недавно проданном. О том, как ремонтировал его перед продажей. О том, куда катался утречком двадцать третьего июня. Рассказывай всё, не стесняйся. Хорошо расскажешь — будет у тебя жизнь спокойная и сны здоровые.

Он намеренно провоцировал — не дешёвку Северцева, а бугая. Подбивал выкинуть какой-нибудь глупый фортель. Все слива Капитана были блефом для слабонервных, никаких доказательств у них не было. Да и времени не было — собирать доказательства. Ремонт джипа наверняка оказался пустячный — его мощную решётку мягким человеческим телом не больно повредишь. Капитан блефовал и провоцировал.

Но бугай — недаром в глазах читалось некое подобие интеллекта — на поводу у Капитана не пошёл. Сидел спокойно, но напружиненно и пытался понять, с кем имеет дело. Северцев, запинаясь, оправдывающимся тоном бормотал что-то про джип, и его продажу, и необходимость предпродажного ремонта (совершенно не упоминая той своей утренней поездки) — но, казалось, никто этого недоумка не слушает.

Капитану надоело. Некогда и незачем разыгрывать тут финальную сцену из детектива Агаты Кристи, с неопровержимой логикой вынуждая клиента сознаться. И он сказал самым протокольным голосом, на какой был способен:

— Прекратите юлить, гражданин Северцев. А не то разговаривать мы с вами будем совсем в другом месте.

— Прикройся, Колян! — немедленно встрял бугай, определившийся наконец с незваными визитёрами. — Это ж козлы легавые! Гони их взашей, или пусть ксивы кажут и санкции… Да тока нет у них ни хера, никаких санкций — понты гнут!

Бугай говорил с нагло-ленивой уверенностью — всё прояснилось, ничего непонятного и опасного нет. Колян тоже приободрился, замолчал, попытался посмотреть сурово.

— Да ты глянь на пидора этого дешёвого! — давил бугай. — У него ж цепь на шее — серебряная! Серебряная!!! Да их же Панкрат завтра…

Чпок! Капитан не желал пускаться в разъяснения, зачем он носит на шее серебряную цепь и в кого (или во что) рискует превратиться неведомый Панкрат, сцепившись с их конторой.

Капитан просто вынул из-под летнего плаща пистолет, выстрелил и тут же убрал обратно. Всё смотрелось одним слитным и смазанным движением, занявшим доли секунды. Но пистолет с глушителем, при всех прочих достоинствах, имеет и один существенный недостаток — не столь эффектно служит для убеждения клиента. Выстрел не бьёт по барабанным перепонкам, вспышка не впечатывается в сетчатку глаза… Можно, конечно, пальнуть в потолок, чтоб — штукатурка посыпалась; но Капитан поступил проще.

Он выстрелил бугаю в голову.

— Нас, кажется, прервали? Продолжай, сынок, продолжай…

Продолжать Северцев не в силах — уставился оторопело на сползающего со стула бугая, на аккуратную дырку в переносице. Ещё не проникся, не осознал. Всё слишком быстро. Кивок Руслану. Тот — в дом, бесшумной тенью. Капитан молчит. Пусть слизняка проймёт до печёнок. Пусть сам страстно захочет, чтоб его спрашивали. Чтоб его — спрашивали. В доме тихо, не слышно чпок-чпок-чпок… В доме больше никого.

Руслан выныривает на веранду, коротко кивает. Он ещё не сказал здесь ни слова. Снова — к двери. Колян скрючился дрожащим эмбрионом, со стула густо капает. Пиво рвануло наружу. Больше всего его шокирует даже не труп под ногами, нет, — равнодушное спокойствие пришельцев. Лёгкая скука на лицах.

— Опорожняйся быстрее. — Капитан добавляет в голос лёгкие нотки раздражённого нетерпения. Совсем лёгкие, но их достаточно. Парнишка созрел для беседы, но пытается пробекать что-то про гарантии. Голос ломается, голос ползёт гнилым кружевом. Глаза бегают, ищут хоть призрак шанса. Нет у тебя шансов, придурок.

— Какие, на хрен, гарантии? — устало и спокойно говорит Капитан. — Кому ты нужен, недоделанный? Не хватало мне мараться об тебя, зассанца… Полапаешь пальчонками дуру, из которой ты кореша своего завалил, а мы её приберём к себе подальше. И выкручивайся, как знаешь, пой песни про неизвестных в масках… Ну давай, давай, изливайся быстрее… А то мой друг нервничать начинает. Я-то человек мягкий, а вот он…

Руслан, совсем по виду не нервничая, шагнул вперёд, посмотрел на Северцева, на бугая и, не снимая тонких перчаток, вынул из нагрудного кармана серебряную зубочистку. Поковырял в зубах и сплюнул на пол малиновую косточку.

Этот простой и вовсе не угрожающий жест добил Коляна.

…Капитан не соврал. После сорока минут допроса, вывернув наизнанку полудурка и заставив наставить отпечатков на пистолете (и даже на кобуре с пружинным зажимом), он не тронул Северцева.

Всё остальное сделал Руслан: коротко рубанул по затылку, разжал зубы ножом, засунул в рот глушитель и надавил спуск. И произнёс совершенно нелогичную, по мнению Капитана, фразу:

— Вот тебе за Доктора, падаль!