Читаем Пасть полностью

Эскулап перевёл дух и отправился за второй банкой — первая под разговор как-то незаметно опустела (на походке его, как ни удивительно, выпитая доза совсем не отразилась).

Капитан погрустнел. Теории в давно не мытой голове Эскулапа рождались достаточно стройные и логичные — но слишком уж безнадёжные. И он воспользовался паузой, чтобы перевести монолог в дискуссию;

— А ограничение рождаемости? Можно же установить предел… приемлемый…

— Фи-и-и… Китайцы пробовали. Результат тут один — в сытых странах активно используют контрацепцию, а в голодных плодятся как кролики. Но общее число растёт и растёт…

— Так что же делать? На хрена вы все нужны с наукой вашей, если ничего придумать не можете?

— Дима… Ничего не надо придумывать. Незачем. Мы начали с экологов и биосферы, так? Но твои экологи всё переворачивают с ног на голову: биосфера не умирает. Она возрождается — исключительно нашими трудами. В смысле, всего человечества. Мы просто-напросто создаём условия для нового витка эволюции: извлекаем из земли углерод в виде нефти, угля и газа и возвращаем в атмосферу, сжигая. И вытаскиваем из глубин на поверхность изотопы — повышаем радиационный фон. Вполне возможно, что в этом и состоит эволюционное предназначение хомо сапиенса. Или божественный план, если ты сторонник такой гипотезы. А сделав своё дело, мавры, как известно, уходят…

— Вот так… Я, кстати, жениться собрался. И детей завести рассчитываю. И на внуков надеюсь. Так что же, все они для того только родятся, чтобы тут опять травы-цветочки до неба вымахали? А между ними бы саблезубые бабочки порхали? Так?

— Ну уж… Я думаю, что внуков ты ещё понянчишь. Да и праправнукам смерть от кликов супербабочки не угрожает… Тут даже не о тысячах лет разговор, как минимум о десятках тысяч… Это во-первых. А во-вторых, у человечества есть ещё немало хитрых трюков в запасе. И мне кажется, что над самым главным и основным работаем именно мы.

— Каким же образом?

— Новый человек. Новый хомо — хомо ликантропус. Вид, способный к самопроизвольному изменению своих клеток и органов — и не зависящий от всех выкрутасов внешней среды. Способный перестроить свой метаболизм для жизни в радиоактивной пустыне и в атмосфере из выхлопных газов; способный отторгнуть и тут же регенерировать не справляющийся с нагрузкой орган; не боящийся дурацкой смерти от случайной травмы…

— А боящийся лишь серебряной пули… — подхватил Капитан с издёвкой. — Вот ты, значит, какой, человек будущего — безмозглый зверь, жрущий всех, кого встретит? Ну нет, тогда уж лучше — как динозаврам…

— Вот и Витя, покойник, так рассуждал… — вздохнул Эскулап. — И осудил себя за то, что выпустил джинна из пробирки. А джинн взял да и закусил первыми встречными — и аппетит его только разыгрался… Витя, бедняга, думал, что он, джинн, сразу начнёт райские дворцы строить на благо настрадавшегося человечества… Или, иначе говоря, будет поставлять свою кровь и ткани для изготовления чудо-лекарств. И вдруг такой облом. Ну конечно, как тут не застрелиться — самый простой и достойный выход. Пиф-паф — и смыл грехи вылетевшими мозгами. Но насчёт безмозглости объектов, можно поспорить. Я вскрыл их, три десятка — мозг по потенциальным возможностям не уступает нашему. Представь такую аналогию: рождается ребёнок с неразвитым пока мозгом и в то же время с природным оружием, смертельно опасным для окружающих. Ну, к примеру, с ядовитыми, змеиными зубами. И первым делом убивает акушерку — кусает за руку. Не со зла — инстинктивно. Если тут же изолировать его от людей, бросить в клетку с серебряными прутьями — вырастет он человеком? Нет, так и останется зверёнышем… Я убеждён, что любой из наших объектов и из известных истории самородков мог обрести разум. И кто-то наверняка обрёл. Не всех известных в истории оборотней уничтожали — иногда просто прекращались бессмысленные убийства и дело забывалось. Можно предположить, что как младенец начинает со временем контролировать процесс мочеиспускания — так и выживший и развившийся ликантроп в идеале может сознательно управлять своими превращениями. Перспектива — именно в этом, а не в пилюлях для богатеньких паралитиков.

Вот так… Вот как оно получается… Значит, ловить прожорливую тварь не стоит, да? Надо только подождать лет десять, пока поумнеет, цивилизуется и научится контролировать свой аппетит и мочеиспускание…

Капитан медленно повёл вокруг себя мутным взглядом — похоже, последние мензурки, как всегда оно и бывает, оказались лишними — и тут зелье его окончательно добило. Но собрался с силами и сказал:

— Б-будем ждать… п-пока сами поумнеют? Или… или откр… откроем для них… в-воскресную школу… ик… на лоне… п-природы?..