Читаем Пароброневик «Ливейский манул» полностью

«В мешок» оказалось вполне приличным кофром из брезента. И похоже, это был родной комплект. Память Рома подсказала, что такой же комплект был у старших парней. Пятнадцать обов – это приличная цена. За пятнадцать обов можно недели две кормить семью из трёх человек. Это практически недельная добыча поисковика, если не повезло наяти что – то особо ценное. И большую часть забирали старшаки. Кстати, цена за боеприпасы последние три года упорно росла. Оружия было много, а вот боеприпасы начали считать. Так что Джипс предложил хорошую цену за патроны.

– Хорошо. Ещё надо еды.

– Еда есть. Крупа. Соль. Шпиг. Консерва. Чай.

– Чай?

– Сбор. С ферм Гельмут. Они там свинов растят и огород стали делать. Мехлисса, мятный, зверобить и разный трав огород сажать. Хороший сбор. Много берут. Вкусно.

– А тушёнка?

– Есть разное. Гельмут делает. Вкусный. Банка за два об. Большой банка. Есть старые, латинский и местный. Латинский – вкусный. Гельмут тушняк за два об. Хороший банка, стекло. Большая. Банка обратно – скидка. Латинский за три об штука. Обратно не беру. Наши – четыре за об. Но, тут как свезёт.

Торговался этот медведь как чёрт. У меня задача простая – купить вся за пол сотни патронов. У джипса – сделать так, чтоб я ещё раз пришёл и принёс хабара побольше. Мне нужно кучу барахла для быта. Ему оборот и прибыль. В общем – выбирал я минут двадцать и ещё пол часа торговался. Ругались мы до хрипа. Но то, что мне нужно, я таки купил. Победа ли это? Ну, не знаю.

– Ром, сюда больше не ходь. Только тоска от такой торговлю.

– В смысле? У других покупать? Ну, ладно, как скажешь.

– Какой у других. Я зря столько страдал? Мне хади. Но немного. Так, чутка заходи.

– А что так?

– Ну, так. Много взял, думают много принёс. Ждать будут. Ловить-засадить.

– Проблемы?

– Ну, так. Иногда. Банда давит. Нам война другими не надо. Мы торговлей живём. Есть другие джипсы. Они табором туда-сюда ходят. Придут, хапнут и идут дальше. Саранча. Наш табор живёт одним местом. Мы тут жизнь строим. С соседями мирно дружим. Торгуем ты мне – я тебе. Дома хорошие, еда вкусно, есть можно. Дети растут. А этим пришли, говорят, Бахтало теперь главный. Ему обы и всё остальное теперь носи. Мы их побили. Отобрали оружие, цацки, кнутом ум правили и прогнали. Ночью вернулись. Двух псов ядом кормил. Умерли. Бросили зажигачи. Сожгли телегу. Мы стрелять, но толку. Плохо видим на солнце волков. Теперь ждём ещё. Ты патроны носи. Ещё дурной бензын носи – возьму хорошо. Ещё проволока и щенки. Остальное – как все.

– Понял. Счастливо Стефо.

– И тебе удача, Ром.

Баул получился не маленький. Всё, что смог выцыганить у стефо поместилась маленькая подушка, набитая сухой травой, солдатское одеяло, синее с тремя полосками, постельное бельё, столовый набор в удобном кофре, килограмм десять еды. Всё упаковал в наматрасник и с трудом взвалил баул на плечи. Наверно, Стефо был прав. С таким мешком можно и нарваться. Или бродячие джипсы или ещё какие бродяги. Мало ли их в округе, как шакалов, бродит?

И как в воду глядел. Увязались трое пацанят. По виду те же джипсы, но из какого табора – кто их разберёт. Себя то они, понятно, идентифицируют запросто, но для постороннего – одним миром мазаны.

Резко ускориться с таким баулом нечего было и думать. Груз для тела был, хоть и подъёмный, но не малый. Опять же трещина в ребре, да и день длинный – набегался сильно. Значит убежать нечего было и думать. На перекрёстке двух улиц, засыпанных мусором так, что больше на тропы похожие замер ржавый шагатель. Здоровая, прямоходящая машина на дух ходулях с кабиной наверху и движком, практически паровым за спиной. Судя по тому, что корпус открытой кабины был пробит во многих местах и на месте содранной синей краски яркими мазками проступала ржавчина, стоял он тут очень давно. Видать под бомбёжку попал. Быстрый осмотр показал, что силовая установка была безжалостно обобрана, но корпус, возвышавшийся на полтора метра над землёй был вполне крепким. Бросив баул у правой стопы и пользуясь тем, что от преследователей меня скрыл незначительный поворот и угол дома, заскочил в кабину и приготовил нож. «Со мной был нож, меня так просто не возьмёшь» – мелькнули строки песни знаменитого барда и присел за бортом, глядя в удачно попавшуюся дырку на уровне глаз. Преследователи не торопились и дали мне время осмотреться в засаде. Я практически не дышал чтоб не выдать себя.

Рифлёный металлический пол кабины был сильно замусорен. Павшие и прогнившие листья, несколько осколков яичной скорлупы потемневшие от времени в углу, видать птичке понравилось такое гнездо. Мусор, что ветер надул, покрывал дырявым ковром всё вокруг. Кресла небыло – его, судя по всему, аккуратно сняли и унесли. Единственное, что тут забыли люди – обрезок трубы, аккуратно прислонённый в углу кабины. Труба была медная и успела сильно позеленеть. Пожалуй, это будет кстати. В дырке кабины увидел, как недалеко мелькнули джипсы. Они оглядывались, не видя меня, и шли аккурат к брошенному мешку.