Читаем Париж ночью полностью

Теледива действительно пылала нежностью, но совсем не к тенору. Правда, на первых снимках я не узнал ее настоящего избранника. А потом случайно увидел по телику репортаж о зарубежном визите нашего президента. В рамках программы его вояжа состоялось подписание многомиллиардного контракта на поставку российских углеводородов. Знакомое лицо привлекло мое внимание к экрану. Я пригляделся к персонажу, который подписывал этот контракт, и открыл рот. Ба, да это же он – тот единственный, кому наша телеведущая открывает дверь своей квартиры и днем и ночью. «Он же с ней на всех моих кадрах мелькает, как я его не узнал?» – думал я, глядя, как хозяин углеводородов водит по бумаге золотой ручкой, а за его спиной маячит президент.

Я сразу понял, во что мы ввязались, и предупредил Вадика об опасности, но его, дурака, это только раззадорило. Он решил поведать о моем открытии всему миру. Видит Бог, я пытался остановить эту публикацию, но часть фотографий уже лежала в «Хромосоме», и редакция впилась в них мертвой хваткой. Если бы они знали, к чему это приведет!

Оказалось, что углеводородный олигарх уже давно живет на две семьи. И в той, и в другой у него были дети. Причем дети теледивы очень сильно на него смахивали. Так что публикация в «Хромосоме» оказалась для его официальной жены большим сюрпризом. Измены своему благоверному она не простила, подала на развод и раздел имущества. В результате грандиозного и скандального судебного процесса она отсудила себе значительную часть компании мужа и, чтобы окончательно насолить своему бывшему, продала эту долю его заклятому конкуренту. Империя олигарха рухнула. И он этого не простил.

Вадика хоронили в закрытом гробу. Неизвестные похитили его, увезли в лес и избили бейсбольными битами так, что живого места на теле не осталось. Попрощаться с другом на кладбище я не пришел, потому что был уже далеко от Москвы. Еще до публикации меня начали мучить дурные предчувствия, и я решил, что нужно где-то переждать бурю. Выправил визу, сел в свои «жигули» и помчался в Швецию, где жили мои дальние родственники. Мне почему-то казалось, что там я буду в безопасности.