Читаем Параллельный мир полностью

Второй случай относится к классическим. Это произошло в воскресенье, 26 сентября, в местечке Шабёй, департамент Дром. Примерно в половине третьего г-жа Лебёф собирала ежевику вдоль живой изгороди, когда собака начала лаять, а затем жалобно завыла. Женщина огляделась и увидела пса, стоявшего на краю пшеничного поля перед каким-то предметом, который она поначалу приняла за пугало. Подойдя поближе, г-жа Лебёф увидела, что “пугало” похоже на маленький водолазный костюм, сделанный из полупрозрачного пластика, размером сантиметров девяносто или немного больше, с также полупрозрачной головной частью. Вдруг она поняла, что внутри этого водолазного костюма находится Нечто и что из-за матовой полупрозрачности “шлема” на нее смотрят два глаза. По крайней мере у нее создалось впечатление, будто это глаза, но они выглядели заметно крупнее человеческих. Пока до нее все это доходило, водолазный костюм начал быстро приближаться ковыляющей походкой.

Г-жа Лебёф в ужасе бросилась бежать и спряталась в ближайших зарослях. Когда она попыталась отыскать взглядом существо, то ничего не увидела, однако все деревенские собаки заливались неистовым лаем. Внезапно большой круглый металлический объект вылетел из-за деревьев и устремился на северо-восток. На крик свидетельницы прибежали соседи. В том месте, откуда вылетел диск, обнаружили круг диаметром около трех метров с примятым кустарником.

У одной из акаций, росших у края этого круга, болталась ветка толщиной более шести сантиметров, сломанная направленной сверху силой. Ветка другой акации, висевшая в двух с половиной метрах прямо над круглым пятном, осталась без единого листика. Первые несколько метров пшеницы, оказавшиеся на пути объекта, когда он взлетал над полем, были повалены в радиальном направлении.

Есть ли надобность подчеркивать схожесть между вмятиной, оставленной этим объектом, и уже упоминавшимися кольцами или “гнездами” разнообразного типа?

Вернемся теперь к фионам, карликовым существам, сопровождающим корриганов, или бретонских фей. Их можно увидеть только в сумерках или ночью. Некоторые из них имеют при себе факел, похожий на валлийскую свечу мертвых. Они носят шпаги размером не больше булавки. Согласно французскому автору Вильмарке, между корриганами и гномами следует провести четкую границу. Гномы — это уродливые существа со смуглой кожей и, как правило, волосатыми телами, с дрожащими старческими голосами и маленькими искрящимися глазками.

Один из читателей моих прежних книг написал мне, что хотя у него и нет уверенности в существовании неопознанных летающих объектов, но он обнаружил нечто, по его мнению представляющее для меня интерес.

В течение нескольких лет я изучал индейцев чероки, ветвь племени ирокезов. Когда чероки переселились в холмистый район штата Теннесси, они встретили там странных “лунноглазых” людей, которые днем ничего не видели. Чероки, не способные понять этих “несчастных”, изгнали их… В 1797 году Бартон писал: “Эти люди принадлежат к странной высокоразвитой белой расе, живущей в домах”. Спустя 26 лет ХеЙвуд дополнил, что вторгшиеся чероки обнаружили в верховьях Литл-Теннесси белых людей, чьи могильные холмы выстроились вдоль берега Чикамауга.

Подтверждение сообщению моего корреспондента можно найти в блестящей книге Роберта Сильверберга “Строители курганов в древней Америке. Археология мифа”.

Наверное, было бы куда приятнее и дальше верить, будто НЛО представляют собой летательные аппараты высокоразвитой космической цивилизации, поскольку эта гипотеза благодаря научной фантастике стала вполне приемлемой для нашего сознания. Ни с научной, ни с военной точки зрения эта идея нас больше не шокирует. Но, к сожалению, представление о летающих тарелках как о материальных объектах, управляемых жителями каких-то других планет, не объясняет разнообразия современных наблюдений и исторических сообщений о “контактах”. Как бы ни была сильна сегодняшняя вера в тарелки из далекого космоса, она не может быть сильнее кельтской веры в эльфов и фей, средневековой веры в лютенов или страха христиан первых веков нашей эры перед демонами, сатирами и фавнами. Она не может быть сильнее веры, вдохновлявшей авторов Евангелий, веры, уходившей корнями в их личный опыт встреч с теми, кого они воспринимали как ангелов или демонов.