Deirdre Moss

Параллели

Психологическая драма в одном действии.

Действующие лица: ЛИЛЯ и НАСТЯ, старшеклассницы.

Сцена представляет собой открытое минималистичное пространство, состоящее из нескольких локаций. Присутствуют один или несколько предметов, данные локации олицетворяющих: например, парта с двумя стульями – школа, скамья – парк и т.п. Посреди сцены лежит широкий кусок синей ткани. Сзади висит рама от зеркала.

Повествование непрерывное, границ между сценами как таковых нет, они плавно перетекают одна в другую. Так и нет границ между локациями, где происходит действие.

Рассказ идёт поочерёдно от лица той или иной героини. Рассказчица, говоря, перемещается по сцене свободно (кроме сцен 5 и 6, которые являются статичными, а также финальной 9 сцены), её оппонентка действует в соответствии с повествованием, подобно марионетке – она играет роль статичного персонажа.

Важно также отметить, что, даже если Героиня 2 иногда вставляет свои реплики, они никогда не бывают услышаны. Персонажи никогда не слышат друг друга, как будто всегда существуют в параллельных измерениях и между ними – невидимая глухая стена. Принимая участие в построении общей истории, героини независимо выстраивают каждая свою в соответствии с собственным видением ситуации, точно мы читаем их личные дневники одного периода – то один, то другой. Впервые они встречаются лицом к лицу лишь в финальной сцене.

Сцена 1

Повествование от лица НАСТИ. Локация – школа.

Зажигается свет. НАСТЯ – девочка в стильных чёрных брюках и красной рубашке – уверенно выходит на сцену, обводит глазами зрителей и, вздохнув, собирается с мыслями, чтобы начать свой рассказ. В руке она сжимает красную гелевую ручку.

НАСТЯ. В какой-то момент своей жизни каждый, наверное, приходит к тому, что вот именно сейчас ему необходимо стать честным. Перестать врать окружающим о своих чувствах и намерениях. Перестать обманывать и самого себя. Да… себя – в первую очередь. Кому как не самому себе мы способны вылить всё, что на душе, до последней крохотной капельки? Разве осуждать себя за что бы то ни было вообще нормально?

НАСТЯ, печатая шаг, приближается к парте, и встаёт позади неё, нервно крутя ручку между пальцев.

НАСТЯ. И с чего бы мне тогда начать?.. Начать свой честный путь, путь к самому дну… Начинать ведь всегда сложно, сложнее всего. (Она делает напряжённую паузу, собираясь с мыслями.) Как там люди пишут… День сегодня начался обычно. Обычно… А как ему ещё начинаться, если он и был самым что ни на есть обычным? Я вылезла из постели, умылась, надела, что с вечера приготовила… Забыла рюкзак по пути в школу… (Задумывается и вдруг раздражённо кидает ручку на парту, та отскакивает на пол.) Нет, ерунда какая-то получается. Как будто и не я рассказываю. Ненастоящее, неискреннее.

НАСТЯ принимается быстро ходить вокруг парты кругами, потирая руки. По прошествии некоторого времени она останавливается и словно в озарении поднимает с пола свою ручку.

НАСТЯ. Во-от! Поняла! Поняла, как я бы рассказала. Без лишней графомании и всё – по сути. Мне так и приятнее, и проще. И честнее получится. Ну и что, что мои тексты сплошь об эмоциях – разве я не имею права говорить о том, чем только и живу?