Читаем Память сердца полностью

У сообщника непроизвольно отвисла нижняя челюсть, и Джон позволил себе чуть-чуть позлорадствовать. Однако выдержанный Кох сверкнул белоснежными зубами, расплывшись в широкой улыбке.

— Джон, старина, ты, видно, перегрелся сегодня на солнце.

Кох жестом указал на ломившиеся от дорогих напитков полки бара.

— Не хочешь ли выпить? Как я припоминаю, ты любитель текилы.

Джон, не обратив внимания на приглашение, смотрел не отрываясь в лицо красавчика Коха.

— Где резервуар, Кох? — спросил он в упор.

— Какой резервуар?

— Я догадался — он под медицинским центром, который ты подарил городу из "гуманного" желания делать добро. Хотя и павильон "Мороженое" тоже не следует исключать.

Добродушная ухмылка Коха превратилась в злобный оскал.

— Я не знаю, о чем ты говоришь.

— Я говорю о хранилище для бензина, которое находилось под заправочной станцией твоего прадеда. О том самом, откуда была утечка. А может быть, там изначально находилась дыра. — Заметив быстрый нервный взгляд Леона в сторону Коха, Джон собрал волю в кулак, готовясь отразить нападение. — Или вообще никто и не пытался устранить источник пожаров? Может быть, твой прадед подкупал инспекторов, как ты пытался откупиться от Майка Шепарда.

— Как ты узнал… — Кох спохватился, но слишком поздно.

Джон был разочарован легкостью, с которой был обличен Кох. В сущности, ему даже хотелось, чтобы в тот момент этого не произошло.

— Я ничего не узнал. Просто интуиция профессионала. Выглядит весьма убедительно, а? Ну конечно, не обошлось без анализа фактов и логики событий.

Джон говорил, обращаясь к Коху, но все время держал в поле зрения его сподвижника Леона.

— Скажите одно слово, мистер Кох, и от этого нахального пожарника-клеветника останутся одни воспоминания.

— Это преждевременно, Леон. Пока, во всяком случае.

Нацепив на физиономию циничную улыбку матерого политикана, Кох направился к стенному сейфу, спрятанному под фотографией, набрал код и распахнул тяжелую стальную дверь. Отступив назад, он дал возможность Джону увидеть аккуратно сложенные внушительные пачки денег.

— Я предложил Майку не менее четверти миллиона долларов. Ради тебя я удваиваю сумму.

— Ты, говоришь, предложил? Значит, он дал тебе от ворот поворот?

— Ну да, старый идиот. Прочитал мне целую душеспасительную лекцию, будь она проклята, словно я несмышленое дитя. Все твердил: дает мне неделю сроку, чтобы я сообщил о поврежденном резервуаре в управление по экологическому надзору. Иначе, мол, он сделает это за меня.

— И тогда ты убил его.

— Нет, он умер на пожаре в здании оперного театра до того, как истекла неделя.

Стэнли подозрительно покосился на грузного, злобно ухмылявшегося Леона.

— Очень и очень жаль. Я все делал, чтобы мирно договориться с Майком. Как-то даже подстерегал его Ночью по дороге домой словно перепившийся юнец. Понимаете, таким…

— Леон, — прервал его почти ласково Кох, — шеф Стэнли сам прекрасно знает, как перепиваются юнцы. Верно ведь, Джон?

Джон спокойно слушал разглагольствования Коха.

— Я знаю и о том, как расплачиваются, Грант. Как у нас говорят: да, она сука, но ты должен удостовериться в этом сам.

Кох растерялся: у него не было надежного алиби.

— Послушай, Джон, я сомневаюсь, что правда на твоей стороне. Но подумай, что произойдет с Грэнтли, если эти фанатики из управления по экологии заставят нас вскапывать улицы и проверять все подземное хозяйство. Многие достойные люди потеряют огромные доходы и разорятся.

Джон не сомневался, что именно так и будет. Разумеется, и Майк думал об этом же. Возможно, он колебался, брать ли на себя такую ответственность.

— Судьям достаточно будет взгляда на этот королевский банк, чтобы взыскать штраф, который покроет все затраты. Тому же, кто отбывает в государственной тюрьме в Пендлтоне десять или двенадцать лет, не нужно особенно много денег на карманные расходы. Лишь на сигареты да на кока-колу.

Темно-красные пятна поползли по чисто выбритому подбородку Коха.

— Бери деньги, Стэнли. Или — обещаю тебе — горько пожалеешь, что не взял.

Кивнув обоим, Джон направился к двери.

— Стэнли!

— Ты что-нибудь забыл, Кох? — Джон повернул голову.

— У меня бригада собрана, чтобы на следующей неделе начать работы у Бетси. Я бы очень не хотел, чтобы один из ее малышей был случайно ранен упавшим бревном или даже… убит.

Джон долго не мог забыть пять молниеносных шагов, которыми он пересек огромный плюшевый ковер, и звериный страх, вспыхнувший в бегающих глазах Коха. В памяти осталась только холодная как лед ненависть, ударившая в голову и придавшая силы. Он рванул за ворот щегольской рубашки Коха.

— Даже не смей думать об этом, мерзавец. Или, клянусь могилой Патрика, я лично сожгу тебя живьем.

Это было сказано уверенным бесстрастным тоном.

— Не пугай меня.

— Я никогда напрасно не пугаю, Кох. Другим порядочным людям в городе тоже известна тайна бракованного резервуара.

Кох прошипел сквозь зубы проклятие, но Джон уже направился к выходу.