Читаем Память сердца полностью

— Ну в этом случае, Джон, у тебя будет утечка: тут я не с тобой. Ведь Грант любит наш город. Он и члены его семейства пожертвовали тысячи долларов в течение многих лет на благотворительные цели. Только в прошлом году он сам выделил участок земли под медицинский центр и оплатил, не моргнув глазом, чуть не половину стоимости строительства. Разве так поступил бы человек с уголовными намерениями и сомнительным прошлым?

Джону хотелось схватить городского чиновника за шиворот и как следует встряхнуть.

— Ты сам знаешь, как трудно разобраться в людях, если оценивать их по количеству долларов в кармане.

— Это на что ты намекаешь?

Стэнли окинул Биллингса брезгливым взглядом, каким обычно смотрел на трусливого пожарника, не спешащего бросаться в огонь во имя спасения человека.

— Скажите, господин член административной комиссии, сколько пожертвовал Кох на проведение вашей избирательной кампании в прошлом году?

Биллингс залился пунцовым румянцем, губы его зло сжались.

— Ты мне нравишься, Джон, — произнес он ровным голосом. — Поэтому я забуду твои оскорбительные намеки. Что же касается просьбы об отмене парада, то я ее категорически отклоняю. И нам обоим известно, что у тебя нет юридических прав действовать через мою голову.

— Может быть, и так. Но я могу своей властью отменить фейерверк, и я это сделаю.

Биллингс прищурился, губы растянулись в тонкую ниточку.

— Что это вдруг с тобой, Стэнли? У тебя острый приступ мании величия или, наоборот, преследования?

Биллингс взял шляпу и хотел идти, но Джон остановил его.

— Ты прав. Я веду себя недостойно, срывая на тебе злость. Прошу прощения.

Самолюбие Биллингса было удовлетворено неожиданным смирением Джона.

— Твое озлобление не имеет случайно ничего общего с тем, что ты в этот уик-энд восстанавливал подорванные на пожаре силы в доме Бетси?

Джону стало противно от бестактной шутки Тома.

Биллингс усмехнулся.

— Не сердись, мое дело — сторона, но мне кажется, встреча с тобой — самое счастливое событие в жизни Бетси с той поры, как погиб Стив. С твоим возвращением в Грэнтли она вроде… как это выразилась Энн? А вот! Засияла изнутри. А раньше была ко всему безразличной, поглощенной материнскими заботами и хлопотами по дому.

Джон сделал вид, будто его очень интересует причудливая форма кофейной чашки.

— Любопытно, но сомневаюсь, что это "сияние" связано с моей унылой персоной.

— Послушайся совета человека, который женился в тридцать девять лет и даже в последнюю минуту хотел сбежать из-под венца. Перестань противиться тому, что суждено, и надень кольцо на палец своей леди без колебаний. Брак — не самое плохое в жизни. Кстати, не говори Энн, что это мои слова: но я хотел бы, чтобы мы с ней поженились на десять лет раньше.

Биллингс потянулся за счетом, но Джон опередил его.

— Обещаю, Джон, как только пройдут праздники, мы сядем и поговорим насчет приглашения ученых, чтобы проверить, обоснованны ли твои чудовищные подозрения.

Биллингс протянул руку. Джон пожал ее.

— Том, у меня еще вопрос.

— Да?

— Кто продал тебе здание отеля, когда ты приехал сюда из Калифорнии?

Билл взглянул на свою ковбойскую шляпу, которую держал в руках, затем испытующе посмотрел в глаза Джону.

— "Строительная корпорация ГК".

— Подразумевается Грант Кох.

— Да, — неохотно подтвердил Биллингс. — Подразумевается Грант Кох.

— Предварительно брались пробы почвы?

— Разумеется, — не совсем уверенно ответил Биллингс. — Без этого я ничего бы не купил в наше время.

— И каков был результат?

— Пробы показали, что почва чистая. — Голос Тома дрогнул.

Собеседники обменялись долгим взглядом. Биллингс поспешил к выходу.

Джон последовал за ним. Вдруг звонкий детский голосок одной из сестер-близнецов назвал его имя. Неподалеку от кафетерия Бетси и девочки высаживались из машины.

— Привет дамам. Вы рано сегодня выезжаете.

— Мы идем на завтрак, — сообщила Рози с широченной улыбкой, открывшей недостачу двух передних зубов.

— Это еще не все! Потом мы идем к доктору слушать, как бьются сердца у детей Пруди, — продолжила рассказ Мэри, а Анжелика и Рози оживленно закивали головами.

— Все вместе идете?

Его взгляд впился в лицо Бетси. Она улыбнулась, хотя явно не была настроена разговаривать. У него защемило сердце, но ведь сам же виноват во всем: перекрыл обратный ход.

— Разве не замечательно! — воскликнула Пруди, осторожно похлопывая по животу. — Джон и Джейсон очень волнуются перед встречей с гостями. Кажется, у них уже повадки настоящих кавалеров.

— Когда… ты ожидаешь появления этих кавалеров?

— Доктор говорит, через две недели, — беззаботно ответствовала Пруди. — Я готова в любую минуту!

Джон слегка побледнел.

— Я шучу, шеф. — Пруди сжала его руку и рассмеялась.

В тот же момент его дернули за рубашку. Джон опустил глаза и увидел обращенные к нему нетерпеливые взгляды близнецов.

— Через пять недель будет наш день рождения, — доложила Мэри.

— И мама говорила, мы можем пригласить кого хотим. Вот мы…

— Мы и выбрали тебя.

Ручка Анжелики незаметно оказалась в ладони Джона. Мэри доверчиво прижалась к его ноге, а Рози стояла, улыбаясь во весь рот.

Перейти на страницу:

Все книги серии Панорама романов о любви

Похожие книги

50 знаменитых царственных династий
50 знаменитых царственных династий

«Монархия — это тихий океан, а демократия — бурное море…» Так представлял монархическую форму правления французский писатель XVIII века Жозеф Саньяль-Дюбе.Так ли это? Всегда ли монархия может служить для народа гарантией мира, покоя, благополучия и политической стабильности? Ответ на этот вопрос читатель сможет найти на страницах этой книги, которая рассказывает о самых знаменитых в мире династиях, правивших в разные эпохи: от древнейших египетских династий и династий Вавилона, средневековых династий Меровингов, Чингизидов, Сумэраги, Каролингов, Рюриковичей, Плантагенетов до сравнительно молодых — Бонапартов и Бернадотов. Представлены здесь также и ныне правящие династии Великобритании, Испании, Бельгии, Швеции и др.Помимо общей характеристики каждой династии, авторы старались более подробно остановиться на жизни и деятельности наиболее выдающихся ее представителей.

Наталья Игоревна Вологжина , Яна Александровна Батий , Валентина Марковна Скляренко , Мария Александровна Панкова

Биографии и Мемуары / История / Политика / Образование и наука / Документальное
Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Александр II
Александр II

Книга известного российского историка А.И. Яковлева повествует о жизни и деятельности императора Александра II (1818–1881) со дня его рождения до дня трагической гибели.В царствование Александра II происходят перемены во внешней политике России, присоединение новых территорий на Востоке, освободительная война на Балканах, интенсивное строительство железных дорог, военная реформа, развитие промышленности и финансов. Начатая Александром II «революция сверху» значительно ускорила развитие страны, но встретила ожесточенное сопротивление со стороны как боязливых консерваторов, так и неистовых революционных радикалов.Автор рассказывает о воспитании и образовании, которые получил юный Александр, о подготовке и проведении Великих реформ, начавшихся в 1861 г. с освобождения крепостных крестьян. В книге показана непростая личная жизнь императора, оказавшегося заложником начатых им преобразований.Книга издана к 200-летию со дня рождения Царя-Освободителя.

Василий Осипович Ключевский , Анри Труайя , Александр Иванович Яковлев , Борис Евгеньевич Тумасов , Петр Николаевич Краснов

Биографии и Мемуары / Историческая проза / Документальное