Было бы неплохо, если бы Айбара не покинул их. Этот человек был лидером — одним из немногих когда-либо встреченных Галадом, с кем можно было говорить как угодно, не опасаясь что он это примет за оскорбление. Пожалуй, Двуречье стало бы неплохим местом для Белоплащников, чтобы осесть.

Конечно, ранее имела место вражда между ними. Он мог бы договориться с ними…

«Я назвал их Белоплащниками, — подумал он мгновением позже. — В моей голове, вот как я только, что подумал о Детях. Уже прошло много времени с тех пор, как он делал это по случайности.»

— Ваше Величество, — сказал Арганда. Он стоял около Логайна, лидера Аша'манов, и Хэвина Нурелла, нового командующего Крылатой Гвардии. Талманес из отряда Красной Руки тащился с несколькими командующими от Салдейцев и Легиона Дракона. Старейшина Хаман из Огир сидел на земле недалеко, он уставился на закат так, как будто узрел самого Темного.

— Ваше Величество, — продолжил Арганда, — Я понимаю, что вы считаете это большой победой…

— Это и есть большая победа, — сказала Илейн. — Мы должны склонить людей видеть это именно так. Всего восемь часов назад я ожидала, что вся наша армия будет перебита. Мы победили.

— Ценой половины наших войск, — мягко сказал Арганда.

— Я буду считать это победой, — настаивала Илейн. — Мы ожидали полного уничтожения.

— Только победа сегодня, оказалась днём мясника, — тихо сказал Нурелл. Вид у него был несчастный.

— Нет, — сказал Тэм ал'Тор, — Она права. Войска должны понять, чем окупились их потери. Мы должны рассматривать это как победу. Так и должно быть записано в хрониках, и все солдаты должны быть убеждены увидеть это именно так.

— Это ложь, — Галад удивился услышав себя.

— Это не так, — сказал ал'Тор. — Мы потеряли множество друзей сегодня. Свет, но мы все кого-то потеряли. Фокусироваться на смерти, это то, что Темный хотел бы от нас. И посмейте сказать мне, что я неправ. Мы должны смотреть и видеть Свет, не Тень, иначе все мы будем обречены.

— Победив здесь, — сказала Илейн, сознательно подчеркивая это слово, — Мы получили отсрочку. Мы можем собираться в Поле Меррилора, окопаться там и готовиться выступить на наш последний бой против Тени.

— Свет, — прошептал Талманес. — Мы собираемся пройти через это снова, не так ли?

— Да, — неохотно ответила Илейн.

Галад посмотрел на поля, усеянные мертвецами и вздрогнул.

— На Меррилоре будет еще хуже. Да поможет нам Свет… Там будет еще хуже.

Глава 33. Табак для Принца

Перрин преследовал Губителя в небесах.

Он выскочил из вспененного серебристо-черного облака, Губитель пятном выделялся на фоне угольного неба перед ним. Воздух пульсировал в ритме с вспышками молний и яростными ветрами. Запахи преследовали Перрина без всякой последовательности в них. Запах тины из Тира. Подгоревшего пирога. Гниющего мусора. Запах увядающей лилии.

Губитель приземлился на облако впереди и переместился, обернувшись в мгновение ока с натянутым луком. Выпущенная стрела вспорола воздух, но Перрин сумел отклонить ее своим молотом. Он приземлился на ту же грозовую тучу, что и Губитель, представляя ее прочной под собой, и пары штормовой тучи отвердели.

Перрин пробился вперед сквозь изреженный темно-серый туман верхнего слоя тучи и атаковал. Они столкнулись, Губитель создал щит и меч. Молот Перрина ритмично бил по щиту подобно раскатам грома. Разбивая с каждым ударом.

Губитель закружился, чтобы сбежать, но Перрин сумел схватить его за край плаща. В то время как Губитель пытался убраться прочь, Перрин представил их остающимися на месте. Он знал, что они останутся. Это не было возможностью, это есть.

Они оба на момент казалось разлетелись, но затем вернулись на то же облако. Губитель зарычал, потом махнул мечом за спину, отсекая кусочек своего плаща и освободил себя. Он развернулся лицом к Перрину, скользнув в сторону, настороженно держа меч в руках.

— Ты становишься невероятно раздражающим, волчонок, — сказал Губитель.

— Ты всегда охотился на волков, которым нечего было тебе противопоставить, — сказал Перрин. — Ты убивал их издалека. Это легко. А теперь попробуй-ка поохотиться на добычу, которая может огрызаться, Губитель.

Губитель фыркнул.

— Ты как мальчишка с отцовским мечом. Опасный, но не имеющий ни малейшего понятия, для чего это оружие и как с ним обращаться.

— Вот и поглядим, кто, — начал было Перрин, но Губитель бросился на него с мечом. Перрин подобрался, представив, что его кожа становится твердой, и может отразить удар, что меч становится тупым, а воздух густеет, замедляя его движение.

А в следующее мгновение обнаружил, что падает, кувыркаясь в воздухе.

Глупец! подумал он. Он так сосредоточился на атаке, что не был готов, когда Губитель поменял их опору. Перрин прошел сквозь грохочущее облако, выпадая в небо внизу, ветер натягивал его одежду. Он приготовился, ожидая града стрел, которые последуют на него из тучи. Губитель мог быть таким предсказуемым….