Читаем Память льда полностью

Командор немного помедлил, а затем откинул полог и вышел из шатра.

— Увидимся утром, Дуджек.

— Ага, — ответил верховный кулак.

Подойдя к своему шатру, Скворец увидел знакомую фигуру.

— Я соскучился по тебе, — сказал он, протягивая к Корлат руки.

— Я тоже, — ответила тисте анди.

— Бруд не дает тебе роздыху. Идем внутрь. Я сейчас зажгу лампу.

— Не трать понапрасну время, — тихо промолвила женщина.

— Это ты умеешь видеть в темноте, а я…

Корлат притянула его к себе:

— Если хочешь что-то сказать, говори покороче. Мои желания не утолить словами.

Скворец обнял ее:

— Я всего лишь хотел узнать насчет Серебряной Лисы. Ты нашла ее?

— Нет. Наверное, она умеет передвигаться по каким-то древним магическим Путям. Я даже не подозревала об их существовании. Вместо Серебряной Лисы появилась пара ее неупокоенных волков. Они проводили меня до лагеря. Удивительные звери.

Скворцу вспомнилось, как он впервые увидел т’лан айев, буквально поднимавшихся из праха среди желтоватой пожухлой травы. Тогда в считаные минуты все окрестные холмы заполнились этими древними животными.

— Согласен, удивительные, — кивнул он. — Хотя и весьма своеобразные.

— Понимаю, вам их тела кажутся необычными, даже уродливыми. Слишком длинные лапы, чересчур широкие плечи, короткая шея и могучие челюсти. Но дело не только в их облике. В т’лан айях есть что-то непонятное и пугающее.

— Тебя они тревожат больше, нежели т’лан имассы?

Она кивнула:

— В т’лан имассах чувствуется пустота, как в яме, где от костра остался один лишь пепел. А от т’лан айев ощущения совсем иные. В этих волках я чувствую… печаль. Вечную печаль.

Корлат вздрогнула. Скворец промолчал.

«Любимая, ты видишь в их глазах то же, что я в твоих. Должно быть, именно это отражение — узнавание! — так потрясло тебя».

— Т’лан айи проводили меня до самого лагеря, — продолжала Корлат. — А потом внезапно исчезли. Представляешь: только что бежали рядом, и вдруг… их нет. Наверное, это взбудоражило меня сильнее всего.

«Потому что это ждет всех нас. Даже тебя, Корлат. Превращение в прах».

— Я обещал тебе, что разговор будет недолгим. Идем в постель, милая.

Она заглянула ему в глаза:

— А потом, после этой ночи, мы расстанемся?

Он поморщился:

— Ну да, возможно, на некоторое время.

— Карга уже возвратилась.

— Так быстро?

Корлат кивнула. Она хотела добавить что-то еще, но воздержалась.

Скворец не стал расспрашивать ее. Наблюдения Карги наверняка подтверждали то, что он узнал от Меченого. Сетта, Лест и Маурик совершенно пусты. Однако армии все равно разделились, и никто не желает называть истинные причины. Обеим сторонам альянса есть что скрывать, они заботятся о соблюдении секретности, и чем ближе подходят к Кораллу, тем сильнее все осложняется.

«Я не буду допытываться у Корлат, куда подевалось большинство тисте анди. Исчезли вместе с Рейком и сейчас, вероятно, находятся на Семени Луны. Что они замышляют? Неужели, когда мы доберемся до Коралла, окажется, что город уже пал, Паннионский Провидец мертв, его душа обречена на вечное заточение в Драгнипуре, а в небе висит базальтовая крепость?

Черные моранты повсюду искали Семя Луны… и не нашли его.

А у нас, дорогая, тоже есть свои секреты. Мы отправляем Парана и сжигателей мостов вперед. И еще собираемся сделать много такого, о чем я не хочу даже думать.

Мы все с самого начала знали: наш союз — явление временное. Потом вспыхнет былое соперничество, крайне опасное перед лицом серьезного противника, но, увы, неизбежное… Сетта, Лест, Маурик. Скрытая игра перестает быть скрытой».

— Мое сердце принадлежит тебе, Корлат, — сказал Скворец. — Все остальное не имеет для меня значения.

— Прошу тебя, не надо извиняться за то, что еще не случилось. Давай вообще не будем об этом говорить.

— По-моему, я ничего и не сказал.

«Врешь, приятель. Еще как сказал. Ты и впрямь извинялся. На свой лад».

— Да, конечно, — лукаво улыбнулась Корлат, принимая его ложь.

Позже, вспоминая ту беседу, Скворец пожалел, что не выразился более ясно: вовсе ни к чему было скрывать от Корлат свои намерения.

Паран усиленно тер глаза, хотя и понимал, что резь от этого не пройдет. Несколько бессонных ночей давали о себе знать. Возможно, теперь к ним добавится еще и эта. Капитан терпеливо ждал, пока Быстрый Бен закончит разговор с Харадой и ее спутниками из Тригалльской торговой гильдии.

— Саперы взвоют, когда про это узнают, — сказал Паран, когда они с магом возобновили свой путь к малазанскому лагерю, разбитому на южном берегу реки Серп.

— Я отведу Колотуна в сторонку и доходчиво объясню, что к чему, — пообещал Быстрый Бен. — Как-никак Скрипач ему ближе родного брата, а тому сейчас приходится очень несладко. Другой вопрос, сумеют ли тригалльцы вовремя добраться до Скрипача.

— Потрясающие они все-таки люди, — заметил Паран.

— Как по мне, так сумасшедшие. Лезут в самое пекло. Эти ребята самоуверенны до наглости. Наверное, только потому и проскакивают.

— И еще благодаря своему умению путешествовать по враждебным магическим Путям.

— Будем надеяться, им повезет, — вздохнул Быстрый Бен.

— Ты ведь намереваешься отправить туда не только «морантские гостинцы»?