Читаем Паб (сборник пьес) полностью

Артур подходит к кабану, затем к удаву. Проходит мимо крыс. Останавливается рядом с волчонком, оборачивается на решетку. К решетке в этот момент подходят Йон и работник зоопарка.


Йон. А почему у вас все звери в одной клетке?

Работник зоопарка. Так удобней! (Насыпает в тазик для животных сухой корм.) Нас закрывают. У зоопарка нет средств содержать их (кивает на животных) и нас (открывает банку с пивом, пьет, шарится рукой в тазике с сухим кормом для животных, ест). Звери продаются. Это последние, кто остался. (Все звери подбегают к решетке, едят, ласкаются к людям.). Берете кого? Или как?


Животные прыгают у решетки, демонстрируя свои способности. Спокойным остается только горилла.


Йон. Вот его! (Указывает на гориллу.) Я возьму!

Работник зоопарка. А! Хорошо! (Открывает клетку, горилла подходит к открывшейся решетке.) Оплачивайте в кассе. Пойдем, Артур!

Йон. Артур?

Работник зоопарка. Ну да. Он ест только за столом. За круглым столом. Артур!


Артур подходит к Йону. Йон протягивает руку к голове гориллы, хочет погладить Артура, но тот отстраняется, сам протягивает Йону руку. Артур и Йон здороваются.

Действие шестое

Квартира, комната. Диван. Стол, засыпанный зелеными длинными листьями. На диване сидит женщина, рядом с ней – сын. Оба жуют листья. Звучит арабская музыка. Сын подползает к женщине, расстегивает ей медленно кофту, снимает со своей шеи платок, повязывает женщине на голову, встает, начинает медленно танцевать арабский танец. Без кофты женщина оказывается в ярком золотистом лифчике. Она встает и начинает подтанцовывать сыну. Музыка становится громче, женщина танцует танец живота, сын изображает ее раба. В комнату вбегают полицейские в масках, они что-то кричат, но никто их не слышит, один из полицейских подходит к CD-проигрывателю, выключает его.


Полицейский. Простите, вы совсем не слышите меня!

Женщина. О! Что такое?

Полицейский. Музыка у вас... громкая, нам позвонили, попросили проверить, – ваши соседи опасаются... что слишком громко!

Женщина. А в чем дело, у моего сына день рождения, мы не имеем право слушать музыку? Что вас смущает?

Полицейский. Эта музыка... мешает! Соседи волнуются!

Женщина. Кому мешает? Кто вообще имеет право звонить, волноваться за меня?! Я не понимаю, я же не звоню, хотя меня, знаете, сколько всего волнует?

Полицейский. Ну и зря не звоните... Документы ваши можно?


Женщина и сын подают документы полицейскому.


Полицейский. Кто в этой квартире проживает?

Женщина. Я и мой сын, еще мой муж, но его пока нет!


Полицейский проверяет документы. Сын садится на корточки.


Полицейский. Встань, и никогда так не садись!

Сын. А чо не так?

Полицейский. Что не так?.. знаешь кто так сидит? В горных деревнях так сидят... понаехали к нам, научили своим правилам, привычкам... садись на диван как настоящий европеец, что ты, как я не знаю кто... (Полицейский передает женщине документы.) Все в порядке, возьмите документы...


Полицейские снимают маски.


Полицейский. У тебя день рождения?

Сын. У меня!

Полицейский. Поздравляю!


Собираются уходить. Останавливается у стола.


Полицейский. Что это?

Женщина. Это... это трава такая... салат иранский!


Полицейские надевают маски.


Полицейский. Что за салат?

Сын. Не иранский... он из...

Перейти на страницу:

Похожие книги

Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Инсомния
Инсомния

Оказывается, если перебрать вечером в баре, то можно проснуться в другом мире в окружении кучи истлевших трупов. Так случилось и со мной, правда складывается ощущение, что бар тут вовсе ни при чем.А вот местный мир мне нравится, тут есть эльфы, считающие себя людьми. Есть магия, завязанная на сновидениях, а местных магов называют ловцами. Да, в этом мире сны, это не просто сны.Жаль только, что местный император хочет разобрать меня на органы, и это меньшая из проблем.Зато у меня появился волшебный питомец, похожий на ската. А еще тут киты по воздуху плавают. Три луны в небе, а четвертая зеленая.Мне посоветовали переждать в местной академии снов и заодно тоже стать ловцом. Одна неувязочка. Чтобы стать ловцом сновидений, надо их видеть, а у меня инсомния и я уже давно не видел никаких снов.

Вова Бо , Алия Раисовна Зайнулина

Драматургия / Драма / Приключения / Сентиментальная проза / Современная проза
Анархия
Анархия

Петр Кропоткин – крупный русский ученый, революционер, один из главных теоретиков анархизма, который представлялся ему философией человеческого общества. Метод познания анархизма был основан на едином для всех законе солидарности, взаимной помощи и поддержки. Именно эти качества ученый считал мощными двигателями прогресса. Он был твердо убежден, что благородных целей можно добиться только благородными средствами. В своих идеологических размышлениях Кропоткин касался таких вечных понятий, как свобода и власть, государство и массы, политические права и обязанности.На все актуальные вопросы, занимающие умы нынешних философов, Кропоткин дал ответы, благодаря которым современный читатель сможет оценить значимость историософских построений автора.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Тейт Джеймс , Петр Алексеевич Кропоткин , Меган ДеВос , Дон Нигро , Пётр Алексеевич Кропоткин

Публицистика / Драматургия / История / Фантастика / Зарубежная драматургия / Учебная и научная литература
Как много знают женщины. Повести, рассказы, сказки, пьесы
Как много знают женщины. Повести, рассказы, сказки, пьесы

Людмила Петрушевская (р. 1938) – прозаик, поэт, драматург, эссеист, автор сказок. Ее печатали миллионными тиражами, переводили в разных странах, она награждена десятком премий, литературных, театральных и даже музыкальных (начиная с Государственной и «Триумфа» и заканчивая американской «World Fantasy Award», Всемирной премией фэнтези, кстати, единственной в России).Книга «Как много знают женщины» – особенная. Это первое – и юбилейное – Собрание сочинений писательницы в одном томе. Здесь и давние, ставшие уже классикой, вещи (ранние рассказы и роман «Время ночь»), и новая проза, пьесы и сказки. В книге читатель обнаружит и самые скандально известные тексты Петрушевской «Пуськи бятые» (которые изучают и в младших классах, и в университетах), а с ними соседствуют волшебные сказки и новеллы о любви. Бытовая драма перемежается здесь с леденящим душу хоррором, а мистика господствует над реальностью, проза иногда звучит как верлибр, и при этом читатель найдет по-настоящему смешные тексты. И это, конечно, не Полное собрание сочинений – но нельзя было выпустить однотомник в несколько тысяч страниц… В общем, читателя ждут неожиданности.Произведения Л. Петрушевской включены в список из 100 книг, рекомендованных для внешкольного чтения.В настоящем издании сохранена авторская пунктуация.

Людмила Стефановна Петрушевская

Драматургия / Проза / Проза прочее