Верная своему обычаю, тетя Саня сперва настойчиво вымогала похвалу, а затем опровергала любой сделанный комплимент, так что собеседнику становилось вдвойне неловко. То же самое обычно происходило и с подарками. Она могла за полгода до дня рождения заводить с племянником и его женой разговоры на тему, чего ей не хватает в хозяйстве и как бы она была счастлива этим обладать. Но стоило им преподнести ей желаемое, реакция оказывалась резко отрицательная. Неизвестно, кто внушил женщине эти вывернутые наизнанку понятия о хорошем тоне, но она явно считала, что от подарка следует отказываться раз до десяти и только потом принять его с кислым лицом и деланно скромным замечанием: «Не стоило ради меня…»

– А где Егор?

– Задержался вещи собрать. – С этими словами Ирина прошла в спальню и принялась раздеваться.

Комната внезапно показалась ей крошечной, конечно, по сравнению с тем помещением, которое она занимала на даче. Здесь было слишком тесно, слишком светло, мебель – безликая, обои – отвратительные. Женщине захотелось расплакаться, но она не могла себе этого позволить в присутствии родственницы, дышавшей ей в затылок.

– Так ты вернулась? – поинтересовалась тетя Саня, так осторожно, будто пыталась обезвредить мину.

– Пришлось, в доме неисправна проводка.

– Да не рычи на меня, объясни толком! Тебя что, обманули с деньгами?

– Я говорю с вами нормально! – Ирина сама услышала в своем голосе нарастающие истерические нотки и осеклась, пытаясь справиться с волнением. – Деньги вернули, потому что в доме жить нельзя. Сейчас приедет Егор с остальными вещами.

– Пойду я… – после паузы страдальчески вымолвила тетя Саня. – Вечно я всех раздражаю!

Она ушла, едва не в слезах, даже спиной выражая степень перенесенной обиды. Как всегда, после ее ухода, Ирина перевела дух и выпрямилась. В присутствии этой женщины она испытывала гнетущее чувство, словно та умудрялась каким-то образом поглощать весь воздух и свет.

Ирина приняла душ, заварила чай, с грустью разобрала привезенные с дачи записи. «Опять начнется старая история, строчки не дадут спокойно написать… Сесть, что ли, сейчас за работу? Все равно Егора ждать!» Дозвониться мужу по-прежнему не удавалось, теперь тот попросту отключил телефон. По ее расчетам, он должен был появиться через пару часов, никак не позже.

Ирина решила не тратить время даром и уселась за перевод.

Она ошиблась в своих предположениях, и сильно. Егор появился дома только глубокой ночью, в половине четвертого, когда женщина уже места себе не находила. Услышав резкий звонок в дверь, она помчалась отпирать и еще с порога шепотом осыпала мужа упреками:

– С ума сошел, разве можно так пропадать! Я думала, тебя у магазина местные алкоголики прикончили! Зачем телефон выключил?!

– Чтобы он не звонил, – кратко ответил тот, закрывая за собой дверь и снимая куртку. Вид у него был странный – одновременно возбужденный и загадочно отстраненный, будто ему, невидимо для всех остальных, показывали некий остросюжетный фильм.

Заглянув мужу в глаза, Ирина притихла и уже более мирно проговорила:

– Я ведь волновалась! Даже стала сомневаться, что оставила дверь открытой. Ты без проблем вышел?

– Без проблем… – Егор наконец встретился с ней взглядом и криво улыбнулся.

Улыбка также получилась отсутствующей, и женщина недоверчиво нахмурилась:

– Ты какой-то странный… Скажи честно, ничего не случилось? Доехал нормально?

– Нормально. – Егор, казалось, задался целью повторять ее слова.

– А вещи привез?

– Вещи… Нет, я ничего не взял. – Мужчина провел рукой по лбу, будто силясь что-то припомнить. – Который час?

– Здравствуйте… – саркастически протянула Ирина. – Скоро четыре, почти утро. Признайся, чем занимался? Я рассчитывала, что ты поедешь вслед за мной!

– Я и хотел уехать сразу. – Не снимая ботинок, муж прошел в комнату и опустился на диван перед неработающим телевизором.

Жена поспешила за ним, борясь со все нарастающей тревогой. Егор, чистоплотный и педантичный до мелочей, прошел по ковру в мокрой уличной обуви! Этот поступок мог значить одно – случилось нечто из ряда вон выходящее.

– Но потом меня кое-что остановило… – Егор как будто продолжал разговор, обращаясь к темному экрану.

Ирина встала между ним и телевизором в классической позе разгневанной супруги, уперев руки в бока:

– Кое-что или кое-кто?! Ты нарочно нервы мотаешь?! Что случилось, ради Бога?!

– Во-первых, как только вы уехали, наверху начался пожар, – монотонно, без интонаций сообщил Егор, не меняя ни инертной позы, ни отсутствующего взгляда. – А во-вторых, ты жила в доме не одна, а в компании трупа. Как медик могу сказать – ему двое-трое суток.

Глава 7

…Как только с лязгом задвинулись ворота и на улице стих мотор отъехавшего джипа, мужчина снова включил рубильник и зажег в комнате свет. Он был сбит с толку, раздражен, сам не зная, чем больше – нарушенными планами на выходные или чересчур покладистым поведением жены в отношении хозяина дома. К тому же его прервали посреди ужина, чего он вообще терпеть не мог.