Читаем Ответы молодым полностью

– Я читал вашу полемику с разными публицистами. Вы осуждаете своих оппонентов за то, что они плохо ознакомились с вашими работами. А к произведениям искусства призываете относиться именно так – по первому впечатлению. Если оно подсказывает мне: "Фильм – антихристианский",– ни в коем случае не нужно его смотреть, чтобы проверить, верно ли это впечатление?

– Именно так. А даже если я ошибся – что, я много потеряю разве? Сегодня так много этих так называемых произведений искусства, что жизни не хватит на знакомство с ними. Если их все изучать – жить-то когда?

Другое дело – если меня спросят, чтО Церковь думает о конкретном фильме. Здесь, конечно, надо будет повнимательней присмотреться и найти аргументы. Потребуется серьезное погружение в материал, чтобы твои слова не показались дикими и странными для того, кто уже влюбился в это явление культуры.

– Вы писали про "Терминатора-II". Казалось бы, такой жестокий фильм, столько крови… А вы говорите, что после просмотра детьми финальной сцены, где Терминатор уничтожает себя во имя мира, вам будет гораздо проще разъяснить им, что значит жертвенность, которой учит Евангелие. Чего же будет больше: пагубы от садистских сцен "Терминатора-II" (когда буквально ножи в глаза втыкают) или пользы от его заключительного эпизода?

– Вопрос в том, с кем дети будут этот фильм смотреть. Если со мной – пользу получат, если без меня – нет. И я говорю о нецерковных детях. Речь не идет о том, что я приду в воскресную школу и поставлю "Терминатора" – вместо того, чтобы говорить о житии преподобного Сергия Радонежского.

– Тем не менее своих крестников Вы повели на тот же "Титаник". И сказали: мол, таким должен быть настоящий мужчина – умереть, но спасти любимую женщину.

– Ну, здесь этическая составляющая гораздо яснее прописана, чем в "Терминаторе". Интересный фильм с правильной моралью, вот и все.

– Вы говорили, "Титаник" хорош тем, что в нем есть четкая грань добра и зла. Но ведь во всех – позволю себе эпитет – тупых американских боевиках тоже присутствует эта грань. Такие фильмы учат защищать слабых, стоять за правду и справедливость. Что же, они несут положительный заряд?

– Могут нести – если окажется рядом человек, который сумеет указать именно на это. Ведь дети оценивают фильмы не по наличию в них правильной морали. Дискуссии, которые возникают в подростковой среде после просмотра кинокартины – они совсем на другие темы.

– Точно. По себе помню: мы с друзьями обсуждали, из каких пистолетов и автоматов стреляют герои "Терминатора".

– Вот именно, а отнюдь не жертвенную этику и так далее. Я говорю не о том, что православным людям эта культура рекомендуется. А о том, что миссионер должен уметь использовать любой подручный материал, чтобы заговорить о том, ради чего он пришел к людям.

– А вообще – ваша точка зрения на современное кино?

– Боюсь, в данном случае можно стать заложником ограниченности своего кругозора… В последнее время у меня больше претензий к российскому кино, чем к американскому. Все эти бесконечные сериалы о бандитах, мафии, "кротах" и прочем… Здесь легче отождествить себя с героем, поскольку это на нашем, узнаваемом материале сделано. И впечатление создается такое, будто нет другого выхода, кроме как в бандиты идти. Дескать, нормальным путем ты не пробьешься никуда, ничего не сделаешь. В социальном плане эти фильмы опаснее. Они почти так же опасны, как всевозможные игры типа "Слабое звено". Это самая опасная передача, какая есть на телевидении.

– Почему?