Читаем Ответ Империи полностью

На обратном пути Виктор задумался, проскочил пересадку на Крахмалева, и опомнился лишь у Автовокзала. Лишь только троллейбус открыл двери, он стремглав бросился через заднюю дверь, и лишь когда его голову остудила сырость ночного воздуха, понял, что до часу еще далеко, а общественный транспорт в его сторону еще вовсю ходит.

Напротив Виктора сверкал вечерней подсветкой дореволюционном двухэтажном особняк в псевдорусском стиле, любовно восстановленный и выкрашенный в темно-вишневый цвет с белыми кирпичными орнаментами и кокошниками над окнами. По карнизу первого этажа шла надпись большими буквами из светодиодных трубок: 'У РЫНКА'. И, чуть пониже — 'Товары в дорогу. Дежурный магазин'.

'Заскочить, что ли? Надо же знать, где у них что дают… сейчас оно, конечно, дефицита нет, а там кто знает? Будешь, как синьор Робинзон без Пятницы.'

Дежурный магазин оказался на обоих этажах особняка и встретил Виктора звяканьем колокольчика на двери, холодным белым светом газоразрядных ламп и пенопластовой имитацией старорежимной лепнины. У дверей для антуража стоял большой нейлоновый медведь с блюдом в руках, и пластиковые хамеропсы в декоративных кадках вносили разнообразие в торговый зал. Скрипки оркестра Курта Хенненберга тихо выводили из невидимых динамиков ностальгическую 'Песню, унесенную ветром'.

Заведение торговало всякой всячиной, которая могла понадобиться в дороге, начиная от продуктов, питьевой воды и предметов личной гигиены, и кончая журналами, зонтиками, будильниками, походным снаряжением, карманными фонарями и карманными играми, которые помогут скоротать время. Здесь было все, что человек мог забыть или потерять в дороге, или могло просто кончиться. Разумеется, здесь продавались и такие важные вещи, как разнокалиберные сумки и рюкзаки, готовые поглотить остальные приобретения и направить их по пути следования, и тут же, рядом, вещи не столь важные, но почему-то обязательные во всех вокзальных киосках, то-есть, сувениры, являвшие собой обращенные в металл, дерево, стекло и полимерные материалы приятные воспоминания о проведенном времени и увиденных красотах. Не обошлось даже без такого специфического предмета для потребления в пути, как диски для CD-плейеров с программами музыки в дорогу. Продавцов-мужчин Виктор здесь не заметил: либо работающие пенсионерки, что держали на случай отсутствия посетителей при себе разноцветные клубки и вязание, либо подрабатывающие студентки, которые не расставались с учебниками, методичками и конспектами. До записи на мобильники и нетбуки здесь еще не дошли.

Он задержался перед витриной с электробритвами: интуиция подсказывала ему, что времени возиться со станком у него теперь будет меньше, а поводы избавляться от растительности на лице будут появляться все чаще. Филипс, Браун и Панасоник на витрине отсутствовали в принципе; не виден был и Витек, хотя об этом можно уже не так жалеть.

Оставались отечественные модели; присмотревшись к ним, Виктор заметил, что в первые дни, в универмаге он, понадеявшись на опыт другой реальности, явно недооценил эту отрасль советской индустрии. На выбор была пара десятков моделей, включая дорожные от батареек и механические, пресловутые 'Микма' и 'Харьков', остановившие его тогда своей ценой, оказались с аккумуляторами, для сухого и мокрого бритья и самоочисткой, у более дешевых моделей — 'Бердск', 'Агидель', 'Нева' и каких-то незнакомых 'Аэро' и 'Дебют' была вполне западная эргономика и приятный вид.

Продавщица — худенькая невысокая девчушка лет восемнадцати с гладкой прической и волосами, собранными на затылке — увлеченно уткнулась носом в толстую тетрадь и Виктора не замечала. Он негромко кашлянул.

— Простите, вы не могли бы…

— Помочь выбрать бритву? Назовите, пожалуйста, свои требования.

— Ну, я хотел бы простую, дешевую, надежную, но удобную, чтобы брила чисто и быстро, чтобы можно было в дорогу брать, чтобы работала в любых условиях, чтобы много не тратиться на запчасти и, так сказать, не искать их по магазинам, ну, что еще… чтобы прослужила не меньше десяти лет, была легкой и не сильно шумела. Вот где-то так.

- 'Агидель-классик', сетевая, три плавающих ножа с самозаточкой, футляр с зеркалом, три года гарантии, десять срок службы, сорок два шестьдесят — голосом автоинформатора выдала девушка, обломав в зародыше увлекательный процесс консультирования покупателя.

— А это что, в вашей тетради написано? — с некоторым удивлением спросил Виктор.

— Нет, — улыбнулась продавщица, — это я к семинару учу. Будут спрашивать виды цен в СССР, у нас Мугуряну ведет. Не слышали? Очень придирчивый.

— Виды цен — это в смысле высокие и низкие?