— Да, это правда. Польша, Чехия, Словакия, Болгария, Югославия.

— Очень хорошо. В связи с этим меня интересует ваша оценка доклада агента "Хеопс", с которым вас должен был ознакомить Кэрриган.

— Доклад мною изучен. Присоединяюсь к общему выводу "Хеопса": либо случайный обыватель, либо хороший профессионал, который водит за нос секретные службы. В отношении деталей информации недостаточно, и это объясняет расхождение мнений.

— Надеюсь, теперь вы представляете всю опасность ситуации как лично для вас, так и для всей нашей цивилизации?

— Да, сэр. Если нет возражений, я подготовлю для вас меморандум по этому вопросу.

— Никаких возражений… От нас теперь зависит все. Русские не просто стремятся к политическому господству. Они пытаются менять сам тип поведения человека, вернуть то, что заложено в генах самой природой. Брать себе лишь то, что нужно для жизни, остальное отдавать племени. Это даже не крах Америки — это крах всей нашей цивилизации. Помните главное: теперь русские не оставляют нам абсолютно никакого выбора, кроме нанесения по их системе упреждающего удара. В этом случае, мэм, наши шансы призрачны, но они есть.

1. Мир пополудня

— Зонтик. Вы забыли раскрыть зонтик.

С ветки дерева на макушку Виктора Сергеевича упала тяжелая капля, заставив машинально потянуться за привычным предметом обихода.

— Дайте мне один пакет, так удобнее, — продолжал Гаспарян. — Нам теперь все равно по пути.

Виктор пробормотал "спасибо" и, передав шуршащий жесткий пакет с колбасой, сыром и ароматными сосисками, которыми он еще совсем недавно мечтал приятно удивить домашних, щелкнул, наконец, непослушной пружиной.

"Зонтик… какой тут к черту зонтик! Они что, не понимают, что такое ядерная война?"

— Я никак не могу понять… у меня в голове не укладывается…

— Да у многих не укладывается. Но, похоже, действительно вашими переходами кто-то управляет.

— Да нет, не переход, а все это… вообще.

— Что — вообще? Да говорите вы прямо, не бойтесь. Слово не воробей, на шляпу не нагадит.

— Ну… вот это… Насчет решающей фазы операции.

— Не волнуйтесь, — успокоила его Светлана Викторовна, — мы не собираемся специально ради вашего возвращения бомбить мирные американские города.

— Тогда извините… но я тоже ничего не пойму.

— Ну, давайте рассмотрим варианты. Вариант первый: никакой войны не начнется, вы спокойно живете среди нас, устраиваетесь, если, конечно, вас каким-то образом не отзовут. Например, снова с помощью МГБ из второй реальности. Это понятно?

— Понятно. Не понятно, при чем тут война.

— Война при том, что ее, скорее всего, начнут США и НАТО.

— А-аа… — протянул Виктор, рассчитывая на то, что США все-таки не рискнут рубить планетный сук, на котором сидят, — а как тогда я буду участвовать?

— Да за это совершенно не беспокойтесь, — вмешался Гаспарян, — участвовать вам совершенно никак не дадут.

Вот это Виктора удивило еще больше, чем вероятность войны со Штатами. Во всех книгах попаданцы из будущего передают своим высокие технологии и открытия, которые обеспечат победу. Правда, в реальных попаданиях Виктора прогрессорство почему-то оказывалось на втором плане, а для политиков большей частью был интересен сам факт его существования, как козыря в своих играх. Но в этом рае для новаторов запрет на прогрессорство в военной сфере выглядел более чем странно.