Читаем Оттенки Тьмы (СИ) полностью

Вендрик очень изменился после женитьбы: стал спокойнее и мягче, задумчивее и… счастливее? И «приступы» стали случаться намного реже… Вельстадт искренне радовался за короля и недоумевал, почему Рейме частенько хмурится, глядя на королевскую чету, в неофициальной обстановке выглядящую как самые обыкновенные влюблённые супруги: постоянное стремление соприкасаться руками, поиск взглядов друг друга; один начинает фразу, второй, не задумываясь, подхватывает; стоит одному повернуть голову, заинтересовавшись чем-то, как взгляд второго, словно флюгер на ветру, обращается в ту же сторону.

Идиллия. Так почему же Рейме так тревожно?..

Капитан мечников никогда не был просто воякой, прямолинейным солдатом, знающим и понимающим только язык оружия и если и читающим книги, то только наставления по стратегии и тактике от выдающихся полководцев прошлого. Рейме был образованным человеком. И в жизни до Дранглика не упускал возможности изучить что-то новое, по возможности посещал библиотеки и беседовал с учёными в любом городе, куда его заносила жизнь — если он приходил в этот город не в составе армии захватчиков. А уж в Дранглике с его богатейшей библиотекой, собранной по распоряжению архимага, Рейме нашёл массу возможностей вернуться к своему былому увлечению

Рейме мечтал когда-нибудь написать фундаментальный труд по истории земель, на которых ныне стоит Дранглик. Когда-нибудь, уйдя на покой. Смерть ему всё равно не угрожает, так почему бы не помечтать о том, что когда-нибудь в Дранглике воцарятся мир и спокойствие, и капитан королевской стражи сможет больше времени посвящать книгам, перу и бумаге, чем мечам, щитам и муштре новобранцев?..

Он читал летописи, древние манускрипты и их современные переложения, пытаясь выстроить последовательность существования государств, от многих из которых не сохранилось даже точных названий, не говоря уж об очертаниях географических границ и времени зарождения и падения. Лордран, Астора, Балдер, Береник, Катарина… Эти названия будоражили воображение и пробуждали какие-то странные ощущения, похожие на смутные воспоминания или неясные предчувствия. Как будто часть из этих государств никогда не существовала, а только должна была возникнуть… И Рейме словно бы предвидел их грядущее появление — и каким-то образом ощущал себя ответственным за то, чтобы позволить им воплотиться.

С особой тщательностью Рейме разыскивал крупицы сведений о древнем, существовавшем то ли на самом деле, то ли лишь в героических преданиях, без которых не могут обходиться люди в смутные времена, первом поселении людей — Олачиле. Великом городе, основанном Первым Человеком, нашедшим в Первородном Пламени Тёмную Душу, разделившим её между своими сородичами и создавшим расу людей. О городе, само звучание названия которого почему-то отзывалось в душе Рейме мучительной горечью, словно там, в этом то ли реальном, то ли выдуманном поселении осталось какое-то незавершённое лично им, Рейме, чрезвычайно важное дело, от которого зависит судьба этого мира.

Находя очередное упоминание или хотя бы малейший намёк, отсылку к другим текстам, где говорилось об Олачиле, Рейме каждый раз ощущал необъяснимый укол тревоги и мучительного сожаления. И ко всему прочему теперь ему при этом почему-то каждый раз вспоминалась Нашандра.

Вот этого Рейме никак не мог себе объяснить. Он предполагал, что в своих странствиях, подробностей которых королева до сих пор не могла вспомнить, она побывала на землях, которые когда-то были Олачилем. И каким-то образом принесла с собой отпечаток тамошней недоброй магии. Но существует ли здесь связь с древними легендами о падении Олачиля в Бездну — Рейме установить не удавалось.

Однако он не мог отделаться от ощущения, что с королевой что-то не так. И сам ненавидел себя за эти подозрения, видя, как светлеет лицо Вендрика в присутствии Нашандры. Она принесла в королевство покой. Но почему королевскому защитнику казалось, что этот покой схож с покровом тьмы?..

Шаналотта. Сейчас

Шаналотта стояла прижавшись спиной к могучему дереву в запущенном закоулке парка цитадели и глядя вверх. Лёгкий ветерок играл листьями, похожими на растопыренные ладошки, и клочки голубого неба словно подмигивали ей сквозь ажурный купол кроны. От ствола старого дерева струились спокойствие и древняя сила. Шаналотта с благодарностью впитывала их — сейчас ей это было просто необходимо.

Конечно, она знала, кто такой Навлаан — прекрасно знала из кошмаров Алдии. Помнила и его жгучий страх, когда тот мчался на помощь своему кумиру в сожжённую по приказу короля деревню чернокнижников. И его горькое разочарование, когда Навлаан отказался взять его в ученики. И смутное беспокойство все последующие годы, постепенно переросшее в уверенность в том, что тёмного мага уже нет в живых.

И то, что Шаналотта смогла понять о природе Навлаана, ей совершенно не понравилось. Точнее, не столько ей самой, сколько скрытой в ней сущности Древнего дракона.