Читаем Отрывки из бесед полностью

Ты. От тебя осталось меньше единицы.Я. Послемыслие к тебе, не послесловие.Мне хочется поверить в небылицы,что из земли твоя на землю сновадуша вернулась, а в земле ты — тот, кто был;что червь могильный плоть твою не источили сам потом не превратился в гниль.«Из мусора рождаются стихи». Из пыли.В ту ночь твои глаза темны, как полночь, были.Последний день зимы.Туманно.Тут утро, сомневаясь постояннов себе, стремится в полдень улизнутьи в нём скорее раствориться.Тут каждый поспешает влитьсяв толпу, стирающую лица.От непохожеготут всех охватывает жуть.И даже звёзды новые —как гвозди в грудь.Тут между словом и поступком связи нет.Тут всем на всё — один ответ.Тут все стесняются рифмующихся слов.Но там… Одни лишь жесты. И кивки голов.Поскольку там — прозрачные слова.И в них четыре измеренья, а не два.И там — иные божества,достигшие такого мастерства,что им достаточно одной струны, —производящей звуки тишины…Не так ли «там», скажи, у вас?И есть ли с «тут» какая-нибудь связь?У вас совсем иное, правда, «тут»?У вас «сейчас», наверное, иное?Иные страхи? Круглые, как ртуть.Но есть и слёзы ведь? И тоже раны ноют?А может — нету ничего у вас иного?Как тут давно уже ничто не ново?В ответ — ничто. В ответ — молчанье.Небытие пренебрегает жизнью,её вопросами капризными.А жизнь, напротив, суть сплошное предвещаниесплошного несуществования,которому она выплачивает даньсоздания любого увяданьем,делами нашими, телами…Мой дорогой,так много между намине выговорено.Но каклюбовь протиснешь под колпаксуществования? И какиз «что», скажи, получишь «как»?А из души, Психеи, — Еву, тело?Из «то, что было» — «то, что есть и цело»?Как из «возможно»сделать «буду делать»?Переживание — из слова одубелого?Игру — из срама?Рифму — из простого «да»?Из больше — меньше?Лиру — из креста?И как из праха, замурованного в склепе,добыть желаний пусть и пепел?Воспоминанийчёткий профиль врезается, как рифма в речь.Воспоминанье — это мим, не смогший речью пренебречь.А помнишь ли такой вопрос: как отличить от правды ложь?Ещё — про души… Правда, что цена таким вопросам грош?Свободен ли ты там, где есть?Свобода… Что — проклятье? Лесть?А помнишь ли вопрос такой:«Как быть с опавшею листвой?»Легки, легки, как вздох Шопена,мои вопросы, но не надо отвечать.Они могильному венку заменаи знак, что люди на ходу молчать —как сочиняют на ходу — не в состоянии.Насилью траурного причитаниятебя подвергли. И повергли в прах,провозласив, что смертью смерть поправ…Слова. Слова. Одни слова. Ты прав.Но как ещё, скажи, сквозь время странствуя,не замечать его насилья над пространством?И как забыть — что значит жухлая листва?Что колокол по нам звонит сперва,и лишь потом — поскольку не звонить не может.…В Иерусалиме запуржило тоже.Впервые там снежит за много лет.Но снег растает скоро или нет,оставив только бусинки из слёзи тихий, как слеза, вопрос:«О, Боже, это чудо снегопадане означало ли, что Ты был рядом?»Теперь уже осталось толькоискать твоё лицов рисунках облаков.Теперь — когда подведены итоги,защёлкнуто кольцои не осталось слов,когда случилось то, чему случатьсяположено, — теперь уж докричатьсяосталось только до тебя через настилылиствы, сопревшей на твоей могилеза все века, которым счёт забыли,её земли, связавшейся из пылинадежд, которые рассеялись, но были,сомнений, ужасов, осевших в илена дне текущих дней…Текущее терзаетглаза, когда бесследно исчезает…Погост —терзанье сущего, земного. И абсурд.А в небе — возгоревшая комета.Любующиеся её дерзаньем — врут.Их, средь могил живущих, радует не это,а неизвестности примета,при том, что главное известно:живым не обойтись без мертвецов,сближенья с ними и в конце концов —надгробной лжи, что жил усопший честно.По мне, такая радость неуместна:любые мысли и любые чувства,слова, их непроизношение —союз безумия с кощунствомперед лицом исчезновения.Тут — на земле — начало марта завтра.Там — у тебя — начало всех времён.Тут первый день — не просто лживость старта,но и предательство финала: онсперва сбегает во второй, потом сбегает в третий…Там — бесконечность, загнанная в сети.Бездвижность. И единство рая с адом,а вздоха с выдохом, с прощальным взглядом.Довольно! Где же это слово,после которого не надо никакого?Оно не тут.????????Всё ясно без него — не нужен суд.Всё ясно, как в сказаньях древних эллинов.И, как в Левите, жёстко всё расстелено.Довольно же всего!Тоскливых шествий!Жестокости Его!И нашей лести!Соборов благовонных вместес прикрывшимися чёрными сутанамиЕго рабами — шарлатанамии сутенёрами, которыедвиженье губ считают разговором.Довольно умиляться и Рахилью:от нелюбви, смотри, исчахла Лия!Довольно обо всём —довольно о смертях,довольно о печалях, жизнях,довольно о вчерашних днях,о нынешних, грядущих, лишних.Забудь про всё.Молчи почти всегда.На все вопросы — всем один ответ,который знают дети:«Да!»А лучше так же кратко: «Нет!»К чему способность помнить, есливоображение и память — в вечной ссоре?И есть ли смысл и правда есть лив обрывках прежних разговоров?«Чего желаешь?»«Быть забытым. Всеми. Не тобой».«А что пытаешься увидеть?»«Красок первый слой».«Услышать?»«Голос твой: Не поступись собой!»«Что будешь делать?»«Что ещё — я буду ждать».«Кого?»«Кого ещё — Мессию. Благодать».«А долго ль будешь ждать?»«Покуда Он —неуловимый, словно сон, —не воплотится до концав неотразимого живца.Покуда все не выйдут сроки».«А на какой Он прячется дороге?»«Не прячется: сидит и ждёт».«Но где?»«За горизонтом. У ворот».«Когда придёт?»«Того, что много, станет мало, — вот когда!»«И — думаешь — придёт?»«О, да!»«Чего желаешь ты?»«Влюбляться».«Что есть любовь?»«Что — как не целоваться, обниматься!»«Что будешь делать, если жить без небылиц?»«К тебе взмывать, как к небу — стая птиц,разняв себя на тысячу частиц».«Как скоро же, скажи опять, объявится?»«О, скоро, скоро! После тысячи объятий».
Перейти на страницу:

Похожие книги

Поэты 1840–1850-х годов
Поэты 1840–1850-х годов

В сборник включены лучшие стихотворения ряда талантливых поэтов 1840–1850-х годов, творчество которых не представлено в других выпусках второго издания Большой серии «Библиотеки поэта»: Е. П. Ростопчиной, Э. И. Губера, Е. П. Гребенки, Е. Л. Милькеева, Ю. В. Жадовской, Ф. А. Кони, П. А. Федотова, М. А. Стаховича и др. Некоторые произведения этих поэтов публикуются впервые.В сборник включена остросатирическая поэма П. А. Федотова «Поправка обстоятельств, или Женитьба майора» — своеобразный комментарий к его знаменитой картине «Сватовство майора». Вошли в сборник стихи популярной в свое время поэтессы Е. П. Ростопчиной, посвященные Пушкину, Лермонтову, с которыми она была хорошо знакома. Интересны легко написанные, живые, остроумные куплеты из водевилей Ф. А. Кони, пародии «Нового поэта» (И. И. Панаева).Многие из стихотворений, включенных в настоящий сборник, были положены на музыку русскими композиторами.

Фёдор Алексеевич Кони , Михаил Александрович Стахович , Евдокия Петровна Ростопчина , Антология , Юлия Валериановна Жадовская

Поэзия
Логика птиц
Логика птиц

Шейх Фарид ад-Дии Аттар Нишапури — духовный наставник и блистательный поэт, живший в XII в. Данное издание представляет собой никогда не публиковавшийся на русском языке перевод знаменитой поэмы Аттара «Логика птиц», название которой может быть переведено и как «Язык птиц».Поэма является одной из жемчужин персидской литературы.Сюжет её связан с историей о путешествии птиц, пожелавших отыскать своего Господина, легендарного Симурга, — эта аллегория отсылает к историям о реальных духовных странствиях людей, объединившихся во имя совместного поиска Истины, ибо примеры подобных объединений в истории духовных подъемов человечества встречаются повсеместно.Есть у Аттара великие предшественники и в литературе народов, воспринявших ислам, —в их числе достаточно назвать Абу Али ибн Сину и Абу Хамида аль-Газали, оставивших свои описания путешествий к Симургу. Несмотря на это, «Логика птиц» оказалась среди классических произведений, являющих собой образец сбалансированного изложения многих принципов и нюансов духовного пути. Критики отмечали, что Аттару в иносказательной, аллегорической форме удалось не только выразить очень многое, но и создать тонкий аромат недосказанности и тайн, для обозначения которых в обычном языке нет адекватных понятий и слов. Это сочетание, поддержанное авторитетом и опытом самого шейха Аттара, позволяло поэме на протяжении веков сохранять свою актуальность для множества людей, сделавшихдуховную практику стержнем своего существования. И в наше время этот старинный текст волнует тех, кто неравнодушен к собственной судьбе. «Логика птиц» погружает вдумчивого читателя в удивительный мир Аттара, поэта и мистика, и помогает ищущим в создании необходимых внутренних ориентиров.Издание представляет интерес для культурологов, историков религий, философов и для всех читателей, интересующихся историей духовной культуры.

Фарид ад-Дин Аттар , Фаридаддин Аттар

Поэзия / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги