Читаем Открытая тайна полностью

Объект–субъект (отсутствие обоих как отдельных концепций, прежде чем они разделились) в таком случае недвойствен, то есть субъект становится объектом, а объект — субъектом, или бытие становится «пустым», а «пустота» — бытием, двойственность недвойственна, а недвойственность двойственна. Короче говоря, если вернуть объекты к их источнику, этот источник — ответственная причина их появления, но их появление, тем не менее, неотделимо от источника, так что пытаться воздействовать на объекты как таковые так же абсурдно, как пытаться лечить болезни через их симптомы, воздействовать на предмет через его тень или на сами объекты через их отражения.

Если феноменальные объекты возвращены в целостный ум, а не судятся расщеплённым умом, не о чем выносить суждения — поскольку они тоже лишь то, чем является целостный ум.

Нужна ли цель — раз выбора всё равно нет?

«Слышание — за пределом мыслей, ума и тела» («Сурангама сутра»). То есть слышимое и есть слышащий.

Тотальность действия есть функция тотальности отсутствия его производящего. Только это можно назвать чистым действием.

Нет ни рождения, ни смерти, рождение и смерть чисто объективны.

Объективная жизнь феноменальна. То, что мы есть, не феноменально: тень — не то, что её отбрасывает. Но она не существует сама по себе.

Феноменальные объекты, отчаянно охотящиеся за собой как субъектом! Как может объект искать свой субъект? Он и есть субъект, и всё, что он делает, делается субъектом, так что получается, что сам субъект отчаянно охотится за самим собой!

«Субъект», — который, как они затем обнаруживают, и есть они, — не является сущностью, поскольку субъект в принципе не может ей быть.

Ещё раз: субъект объекта сам является объектом как «субъект», так же как объект «субъекта» — не что иное, как субъект. То есть они одно и именно таким образом, две стороны одной монеты в отсутствие монеты: они субъект и объект, попеременно и одновременно.

Семантическая игра слов? Возможно, но ничем иным это быть не может, поскольку это может быть понято, но не может быть выражено как логическое утверждение. Если слова «объект» и «субъект» заменить на «феномены» и «ноумен», это могло бы помочь, но это ничего не изменит. Все феномены — не что иное, как ноумен, а ноумен как нечто не существует: ноумен является «ноуменом» только как феномены. Когда о них думаешь, они кажутся двумя различными вещами, но это даже не двойственные концепции: как таковые они оба феноменальны. Они — одно целое — и это не что–то.

Это понимание, по–видимому, — основное понимание, и его нельзя выразить с помощью силлогизма.

Даже лучшее из написанного напоминает бесцельную пальбу по луне.

Видимая вселенная возникает не через чувствующие существа и не независимо от них. Видимый аспект чувствующих существ возникает вместе с вселенной, и параллельно вселенная становится видимой.

Их чувственное восприятие ответственно за их интерпретацию этого возникновения, или проявления, где чувственное восприятие — воспринимающий аспект «ума», а их видимость — воспринимаемый аспект, и это верно для всех феноменов.

Видимое различие между тем, что известно как живые и неживые объекты, объективно, то есть как объективный феномен, не существует, но субъективно невидимая способность чувствовать, ощущать ответственна за восприятие, хотя как таковая она не является причиной возникновения, или проявления (которое причинно).

Можно сказать, что чувствующие существа как феномены возникают, проявляются «напрямую», как любые феномены, но что видимая вселенная, ощущают чувствующие существа, — непрямое возникновение, или проявление, через их чувственное восприятие. Это чувственное восприятие выражается посредством познавательных способностей (известных как скандха), концептуальных по природе, но само по себе оно есть прямое проявление целостного ума.