Читаем Отец полностью

Но нет! Ничего «боевого» за ним не поймала. Приходит на урок вовремя, никогда не опаздывает, садится на свое место и без напоминания достает школьные принадлежности, на уроке активен, четко отвечает на вопросы, в числе лучших, не отвлекается, не «болтает», как остальные ребята, всегда опрятно и чисто одет. Кстати сказать, его мать, Патимат, непревзойденная чистюля, на селе о ее чистоплотности ходили легенды. Матери своим дочерям ставили ее в пример, в том числе и моя мать. Я даже однажды ходила в ее отсутствие посмотреть, так ли это, и была поражена неописуемой чистотой всего её хозяйства: дом, двор, сарай, навес, огород и т. д. И помыслы у этой женщины были такие же чистые, как и ее быт. Кое-что сама у нее переняла. Спасибо ей огромное. Уже несколько лет как ее нет в живых. Пусть Аллах дарует Патимат такую же чистую, как она сама, загробную жизнь. О себе она оставила добрую славу на селе. Воспитала и вырастила четверых сыновей и одну дочь.

Она дружила с моей матерью, я часто слушала их разговоры. Это была беседа мудрых женщин, обладающих жизненным опытом, об очень важных вещах, откуда я многое для себя обозначила.

Я, кажется, немного отвлеклась. Вернемся к Абдулманапу. Все мои опасения по поводу его поведения и бойцовских качеств оказались беспочвенными. Я увидела обратное моим предположениям: отличник учебы, воспитан, опрятен, исполнителен и, главное, немногословен.

Был и такой случай. Это уже во втором классе. Однажды мы 3–4 дня не находили классный журнал. Временно потерялся. В поисках журнала я упустила момент переклички, т. е. не отметила все 4 дня опоздавших и отсутствовавших. Журнал, конечно, нашелся. Я попросила ребят помочь мне вспомнить нарушителей дисциплины, потому что я уже подзабыла, кто и когда отсутствовал. Ребята громко и наперебой называли то одного то другого, а потом дети перешли на спор. И что вы думаете? Этот маленький молчун спокойно поднял руку и сказал, что он знает всех прогульщиков за все 4 дня. Назвал пофамильно, причем с такой уверенностью, да еще с комментариями: кто какого числа на какой урок опоздал или отсутствовал. Дети разинули рты, а я была в шоке.

«Тебя стоит бояться, мальчик», – подумала я тогда. На самом деле, с того дня я стала побаиваться его в том смысле что, наверняка, каждое мое движение, не так сказанное слово, он записывает в своем мозгу. Мало ли что?! Одно успокаивало: не болтун наш маленький мудрец. Память была феноменальной, схватывал все на лету и, главное, не забывал, помнил долго-долго. Он до сих пор помнит элементарные эпизоды из школьной жизни, до сих пор цитирует своих учителей (значит, я тогда не зря опасалась).

Начальную школу он окончил отлично. А в среднем звене обучения, подросший Абдулманап удивлял еще больше. Его отличали недетская серьезность и молчаливая сосредоточенность. Глядя на него, казалось, он в уме составляет план какого-нибудь мероприятия. Если над чем весь класс неистово хохотал, он мог только еле улыбнуться, да еще с усмешкой. Я и тут настораживалась. «Что за мальчишка, это же так смешно, как можно быть таким серьезным, когда все вокруг хохочут вместе с учителем?!» – думала я. Одним словом, Абдулманап всегда был загадкой, каковым остается до сих пор. Категорический отказ сидеть за одной партой с девочками. Не загадка ли это?!

Ну, кто-нибудь, скажите, даже близкие из его окружения, знают о его сокровенных планах, уникальных методах работы, новых приемах в спорте, автором которых является только он?! И не узнаете, потому что гениальность передается только по наследству, она рождается вместе с человеком. Кто-нибудь в состоянии перенять его опыт?!

Хабиб у меня лично не учился, но был учеником нашей школы, поэтому могу дать ему характеристику в общем; много хороших черт он перенял у отца, учителя говорили о нем, что он усердный ученик, занимается спортом, его никогда не видели просто гуляющим на улице. Хабиб много работал над собой в плане физическом, усердно тренировался. Тем не менее твердо знаю одно: не будь тренера – Абдулманапа, не было бы и Хабиба – чемпиона. Кто в этом сомневается, тот сильно ошибается. Разумеется, нельзя отбросить титанический и самоотверженный труд самого Хабиба, но и на этот труд его вдохновлял и воодушевлял Абдулманап – отец и тренер.

Однажды я слышала разговор матери Хабиба – Патимат. Она жаловалась, что на нем очень большие нагрузки, жалела его, говорила, что он должен сначала учиться, а драться и сам научится. Как только эти разговоры дошли до тренера-отца, они, разумеется, прекратились. Мать Хабиба в корне изменила свое отношение к спорту. Наверняка, непоколебимый голос тренера сделал свое дело, думаю в нем заговорила кавказская кровь, и вмиг решились проблемы матери Патимат.