– Я сходила на пару сеансов после смерти мамы. Но чувствовала себя неуютно. Может, я слишком рано обратилась за помощью, а может, и припозднилась… Еще я несколько раз ходила на собрания группы Ал-Анон для детей алкоголиков. Не знаю, Дотти. Уверена я в одном: потребуются и магия, и чудо, чтобы я когда-нибудь впустила другого мужчину в свое сердце.

– Что ж, будущее нам неведомо, и мы не властны над ним, так же как бессильны изменить свое прошлое, – сказала Дотти.

Какое-то время они ели молча, а потом Дотти заговорила:

– Интересно, как далеко сейчас Шугар и Джаспер?

Джолин кивнула:

– Они надеялись проехать половину Луизианы. Но уверена, что тетя Шугар готовит сейчас бобы и зеленую фасоль.

– О, в этом я даже не сомневаюсь. Мы, старые южанки, все делаем правильно, – заверила Дотти и протянула через стол тарелку с кукурузным хлебом. – Возьми еще кусочек и подложи себе черных бобов на удачу.

– Непременно, они действительно хороши, Дотти. Я ценю твою дружбу, еду и работу. После встречи с Рубеном мне все это необходимо.

– Ах, милая, для того и нужны друзья – чтобы делиться радостями и избавлять от горестей. – смело заявила Дотти с приятной улыбкой.

– Значит, ты не будешь насыпать крест из соли, когда я уйду? – спросила Джолин.

Дотти рассмеялась так, что у нее на глазах выступили слезы.

– Это уж точно из каджунских суеверий! Я бы не возражала, чтобы соляной крест отвадил некоторых от моего дома. Ты выложишь соль для Рубена, когда вернешься домой?

– Да, но, как он сказал, его ноги больше не будет в Джефферсоне.

– Вот видишь, chère, это твое первое чудо, не так ли? – высказалась Дотти.

Джолин ушла уже ближе к вечеру. После обеда Дотти показала ей оборудование бара. В общем-то все выглядело знакомым, разве что бутылки с алкоголем в «Пьяном аллигаторе» были расставлены иначе. В «Плетке» Джолин могла вслепую дотянуться до виски, текилы или джина. В «Аллигаторе» надо было поработать еще не одну неделю, чтобы добиться такого же автоматизма.

В пяти милях к югу от города она повернула налево, проехала по аллее в сторону величественного здания гостиницы в викторианском стиле, окруженного высокими соснами, и припарковала пикап среди деревьев. Поднявшись на крыльцо, она плюхнулась на качели и привела их в движение ногой. Как все это будет работать, если кто-то купит половину гостиницы? Захочет ли новый владелец поселиться здесь или предпочтет остаться далеким молчаливым партнером?

* * *

Озеро Поншартрен, штат Луизиана

Шугар захлопала в ладоши, когда в первый же день путешествия они заприметили караван-парк прямо на берегу озера. Ей нравилось жить у воды, а Джасперу не терпелось размотать удочки и проверить, какой здесь клёв.

– Прежде чем ты это сделаешь, давай позвоним Рубену и Джолин, – предложила Шугар, коснулась экрана телефона и вывела список контактов, нажала имя Рубена и передала трубку Джасперу. – Ты первый.

– Алло, – раздался голос Рубена по громкой связи.

– Угадай, где мы находимся! – Джаспер радовался, словно мальчишка в Рождество.

– Кто это? – Голос Рубена звучал недовольно, возможно, даже сердито.

– Это твой дядя Джаспер, – вмешалась Шугар. – Мы начали наше путешествие. Сейчас остановились прямо на берегу озера Поншартрен. Как вы с Джолин, уже успели заново познакомиться? Она говорила, что вы сегодня встречаетесь.

– Мы встречались, – сказал Рубен.

– И…? – Джаспер подмигнул Шугар.

– Свою половину я выставил на продажу через риелтора. Я с детства терпеть не мог это место. С чего бы мне захотелось там поселиться? Лучше я на эти деньги отправлюсь со своими коллегами в круиз на весенние каникулы, а на то, что останется, куплю новую машину. Так что, думаю, мне следует поблагодарить тебя за этот подарок. – Злость в тоне Рубена сменилась сарказмом.

– Я надеялся, что… – Джаспер выглядел так, будто вот-вот разрыдается.

– Ты отдал мне свою долю без всяких условий. Я сделал с ней все, что захотел, – сказал Рубен. – Мне действительно пора идти. У меня планы на вечер. И, если вдруг найдется какой-нибудь идиот, который захочет купить половину доли в безнадежном деле, тогда я еще раз поблагодарю тебя за хороший отпуск и новую машину. Пока.

Экран телефона погас. В фургоне воцарилась тишина. Шугар придвинулась ближе к Джасперу и обняла его:

– Мне так жаль, дорогой.

– Я должен был отдать свою половину Джолин. Мне просто хотелось верить, что все это…

По его щекам покатились слезы. Слезы Шугар смешались с его слезами, потому что она никогда и никому не позволяла плакать в одиночку.

– Давай вместе порыбачим, чтобы отвлечься от этого. Я позвоню Джолин в другой раз. В любом случае сейчас она наверняка слишком взвинчена и ей не до разговоров.

– Я люблю тебя! – проникновенно сказал Джаспер и крепко обнял ее. – Я думал, что поступаю правильно…

– Так и есть, – заверила Шугар и слегка отстранилась от него. – Ты не сделал ничего плохого. Ты слушал свое сердце. Кто знает, как все это обернется? Сегодня нам больно, но, может, завтра мы оглянемся назад и увидим, что все было к лучшему.

– Я так на это надеюсь, – произнес Джаспер и вытер щеки, мокрые от слез.

Глава третья