Читаем Освобожденная полностью

Сбавив темп до, по человеческим меркам, нормального, Лили одернула юбку и пожалела, что не надела чего-нибудь более подходящего для ночной пробежки. В этой короткой юбке она, скорее, напоминала проститутку, убегающую от сутенера.

Лили добежала до моста на Бич-Драйв и ворвалась в огромный национальный парк, раскинувшийся прямо в центре Вашингтона. Казалось, она попала в другой мир. Держась в тени густого леса, девушка позволила чувствам вести себя и, сделав пару поворотов, заметила одержимого.

Черт. Им оказался смотритель парка. Лили нравились смотрители, а в особенности – их шляпы. На этом, впрочем, шляпы не было. Он выглядел молодо, и ее охватило чувство жалости при мысли о том, что придется его убить. Лили поморщилась, когда мужчина, пошатнувшись, ступил на велодорожку и обратил лицо к небу. Его рот странным образом раскрылся и замер в безмолвном крике – так всегда происходило, прежде чем одержимые на самом деле начинали кричать и раздражать ее своим шумом.

Лили пошла было вперед, но вдруг замерла и пораженно уставилась на трех других одержимых, которые тоже показались на дорожке и встали рядом со смотрителем. Один походил на бездомного, другая была одета как бегунья, а третий… Третий выглядел просто ужасно.

Когда-то и он был человеком, но Лили сомневалась даже в этом. Его волосы скрывали лицо, кожа стала коричневой и растрескалась от разложения, а кончики ушей заострились. Он явно обратился не сейчас. Видимо, чужая душа занимала это тело так давно, что оно превратилось в настоящего монстра – по человеческим меркам, конечно. Лили же это напомнило то, как люди обычно пытались нарисовать приспешников. Они понятия не имели, что приспешники довольно привлекательны, и неизменно изображали мертвецов с истекшим сроком годности.

Справиться с давно одержимыми было гораздо сложнее. В какой-то момент их тела становились почти неуязвимыми, а души – еще темнее. Такие одержимые представляли большую опасность – почти такую же, как приспешники.

Боже, а еще они ужасно воняли.

Лили закатила глаза. И почему только она услышала зов? Не стоило, конечно, так злиться из-за этого, но эти одержимые и правда были мерзкими созданиями. Лили сделала еще пару шагов и снова остановилась. Наклонив голову набок, она почувствовала знакомое покалывание.

Не успела девушка и глазом моргнуть, как голова бегуньи резко дернулась, и женщина, задрожав и застонав, повалилась на землю, словно мешок с камнями. Затем смотритель парка взлетел в воздух, несколько раз содрогнулся и упал бесформенной грудой слева от велодорожки. Раздался жуткий хруст. Смотритель тоже задергался.

Перед одержимым возник Джулиан, который тут же наморщил нос.

– Хочешь разделаться с ним сама?

Лили вышла из кустов, не обращая внимания на тепло, внезапно разлившееся по телу. Времени на сантименты не было.

– Нет-нет, ты и сам прекрасно справляешься. Продолжай. Мне не хочется портить тебе все веселье.

Одержимый запрокинул голову и взвыл. Этот звук, нечто среднее между воем койота и рыси, едва не оглушил Лили. Джулиан раздраженно отмахнулся от него.

– Заткнись, – бросил он и свернул одержимому голову.

– Обалдеть! – Лили вонзила свой кинжал в сердце бегуньи, и та прекратила дергаться. – Вот это… да.

Джулиан брезгливо взглянул на собственные руки.

– Сейчас вернусь.

Лили подошла к смотрителю парка. Боже, да он был совсем молодым! На бейдже у него на груди виднелось имя: офицер Джоэл Карри.

– Прости, Джоэл, – шепнула Лили.

Одержимый, которого прежде звали Джоэлом, посмотрел на нее пустыми карими глазами. Она вогнала клинок ему в грудь.

Когда Джулиан вернулся, все тела уже испарились. На темных штанах ангела виднелись мокрые пятна – видимо, ему было настолько противно прикасаться к одержимым, что он успел вымыть руки. Джулиан остановился на дорожке в нескольких шагах от Лили, ослепительно прекрасный в бледном свете луны, одетый в явно дорогой костюм. Расстегнувшая у пояса рубашка обнажала его идеально рельефный живот. Лили вздохнула.

– Я скучал по тебе, Лили, – низким, чувственным голосом произнес ангел.

Его слова словно проникли ей под кожу и напомнили о том, что случилось между ними неделю тому назад. Но подавать виду было нельзя.

– Сомневаюсь. Уверена, тебя успел отвлечь не один десяток женщин.

Улыбнувшись, Джулиан сделал шаг вперед.

– Ты ведь знаешь, что это не так.

Лили попятилась и решила сменить тему.

– Вообще-то я все держала под контролем. Тебе вовсе не обязательно было вмешиваться.

Джулиан пожал плечами.

– Тебе пришлось бы потратить на них слишком много времени. А теперь ты вся моя.

Всю прошлую неделю Лили изо всех сил старалась не думать о нем и, лежа на узкой кровати в Святилище, не вспоминать, как его губы скользили по ее губам, по ее коже. Она обещала Люку.

– Джулиан, нам нельзя.

Он подошел ближе к ней.

– Что именно? – уточнил ангел и намотал прядь ее волос себе на палец.

Девушку мгновенно окутало теплом. Лили не могла отвести взгляд от его рук, которые теребили ее прядку. Идея была так себе. Лили вытащила локон из его пальцев.

– Почему бы тебе не заняться… ну, делами Падших?