Читаем Остап Бендер — агент ГПУ полностью

– Так велосипед сына, не ваш? Я думал… – этот велосипед Остап видел в прихожей. И сам того не зная почему предложил: Хотите покататься на автомобиле, Слава?

– На этом шикарном, он ваш? – указал он рукой на дверь.

– Да, наш, – засмеялся Бендер. – Хотите, тогда прошу, – жестом руки пригласил Бендер школьника.

– Ой, спасибо, – бросил ранец на пол Слава и поспешил за Остапом.

Балаганов и Козлевич, ожидающие Бендера в машине, были удивлены их новым юным пассажиром, осторожно садящего в машину.

– Знакомьтесь, Слава. Сын художника Лоева, который, как я уже говорил, будет работать у нас.

– Очень приятно, в один голос ответили концессионеры. – Куда поехали, Остап Ибрагимович?

– Славу покатаем, друзья. Куда поедем, Слава?

– А куда повезете, к Днепру можно, – ответил школьник.

– В каком классе учишься, Слава? – задал первый вопрос Остап для знакомства.

– В седьмом…

– А твоя знакомая Лена, с тобой в одном классе учится?

– Нет. В другом, просто мы подружились как-то. Она тоже на велосипеде любит кататься.

– Семен Михайлович сказал, что папа Лены подарил тебе велосипед, так?

– Подарил… – замялся мальчик. – Он богатый нэпман… И подарил, чтобы я с Леной на прогулки ездил.

– Так просто подарил? – обернулся к мальчику Балаганов, он сидел рядом с шофером.

– Товарищ бортмеханик, не вмешивайтесь в наш разговор! – строго предупредил Остап. – Правда, Слава?

– Извините, извините, командор…

– Так уже лучше… Да, Слава, вы же обещали Лене покататься вместе.

– Да, надо вернуться мне… и с вами поездить хочется… – смотрел по сторонам юноша.

– Тогда так, Адам, завезите нас в контору и везите Славу к его Лене… Как, Слава, она захочет покататься на автомобиле?

– Еще как! – воскликнул паренек. – Конечно, захочет.

– Вот и славно. Адам Казимирович, покатайте молодых людей, – распорядился Бендер.

– Будет сделано, товарищ директор.

– Надеюсь, Адам Казимирович, что вы будете внимательны к молодым людям, – сказал Остап, выходя с машины с Балагановым, многозначительно глядя на понятливого автомеханика.

– Все как вы сказали, товарищ директор, – закивал головой Адам, отлично понимая, что все это Остап делает неспроста.

Вот что поведал Адам, когда вернулся через пару часов езды по городу с семиклассниками Славой и его подружкой Леной.

Молодые люди дружат с пятого класса. Отец Лены содержит ряд магазинов в том числе… – засмеялся Адам, – и магазин игрушек от которого гэпэушники передают нам комнату.

– Действительно можно посмеяться, – улыбнулся Остап.

– Такому совпадению, командор…

– У них собственный дом на Печерске, – продолжал Козлевич, – автомобиля нет, папа Лены ездит на пароконном собственном экипаже…

– По магазинам своим, – вставил Балаганов.

– Ну что еще… Лена – красивая белокурая девушка… Вот и все пока, Остап Ибрагимович.

– Не густо, но хорошо. Спасибо, Адам Казимирович.

– Да уж… ладно… – пригладил свои кондукторские усы тот.

– А зачем нам, командор, эта Лена? Ее папаша-нэпман?

– Вот вы всегда, Шура… Но здесь, камрады, есть что-то такое, что может указывать путь к разгадке исчезновения этого ценного молочника.

– С двумя… – хотел добавить свою обычную фразу Балаганов, но воздержался, глядя на своего командора, расхаживающего по комнате.

– Хорошо, пойдем по пути расследования, друзья-товарищи… – Бендер подошел к входной двери конторы и с уличной стороны ее повесил картонку с надписью: «Закрыто, работают эксперты». Вернулся в комнату и продолжил:

– Если верить следователю, что, и не верить, а руководствоваться результатами допроса вора-домушника, что он никакого молочника не брал и даже не видел такого, а к нему применяли, как сказал Доменко, меры устрашения…

– Знаем эти меры, командор, – махнул рукой Балаганов, – когда я в допре…

– Не перебивайте старших, бывший уполномоченный по рогам и копытам.

– И я знаю, какие это меры устрашения у милиции, а тем более у гэпэушников…

– Помолчите и вы, Адам Казимирович… Не уводите мои рассуждения в сторону.

– Да, да, да, Остап Ибрагимович, простите, вспомнилось как-то…