Читаем Особый отдел полностью

Однако все его старания оказались зряшними. Пять или шесть выявленных Львов пребывали ещё в том возрасте, который принято называть цветущим, а предъявленные для опознания портреты вызывали у досужей публики самые разнообразные толки.

Кто-то узнавал на них международного террориста Усаму бен Ладена, кто-то ныне покойного маршала Баграмяна, кто-то киноактера Михаила Геловани, а старушка-вахтерша даже обнаружила в одном из фигурантов несомненное сходство с глубоко ненавистным ей Никитой Сергеевичем Хрущёвым.

– А разве его до сих пор не посадили? – искренне удивилась она.

– Ищем, – сдержанно ответил Цимбаларь.

– Давно пора, – обрадовалась наивная старушка. – Вы заодно и Горбачёва изловите. Пусть мои сбережения вернёт. Цельных восемьсот рубликов!

Уже под вечер, отработав едва ли третью часть обширного списка, Цимбаларь заглянул в местное отделение милиции, которое было дорого ему примерно так же, как и самая первая женщина – пусть страшненькая, грязная и пьяная, но первая!

Скоро выяснилось, что его знакомых в отделении почти не осталось – здесь, как и на фронте, один год можно было смело считать за три, хотя доблестных стражей правопорядка косили вовсе не вражеские пули, а пьянство, мздоимство и двурушничество.

Стоило только Цимбаларю извлечь из памяти фамилию какого-нибудь давнего приятеля, как ему отвечали: этот сидит в Нижнем Тагиле в специальной «ментовской зоне», этот лечится в психушке от белой горячки, этот разбился в лепёшку на собственном «Бугатти», а этот подвизается в охране коммерческих структур, что было вообще равносильно прямому предательству.

Впрочем, не обошлось и без приятного сюрприза. Должность заместителя начальника (какого из трёх, Цибаларь так и не понял) временно замещал Сева Пуркис, его ровесник и добрый знакомый, выходец из того самого достославного вытрезвителя.

– Ты где сейчас? – первым делом осведомился тот.

– В главке, – уклончиво ответил Цимбаларь.

– Поди, полковник уже?

– Нет, капитан.

– А что так?

– Должность не позволяет.

– Мало ли этого добра в столице! Переходи к нам, – охотно предложил Пуркис. – В паспортном столе на днях сразу три должности освободились, в том числе и майорская.

– С чего это вдруг? У вас, случайно, не эпидемия?

– Она самая, – с кислой ухмылкой подтвердил Пуркис. – Эпидемия взяточничества. Брали, гады, налево и направо. Вот служба собственной безопасности и заинтересовалась. Теперь из-за этих лихоимцев и начальник в своем кресле не усидит. Но эту должность, прости, для себя берегу.

– Желаю удачи. – Сказано это, между прочим, было от чистого сердца.

– Так что же насчёт моего предложения?

– В паспортный стол? Уволь. Я человек слабый, могу подпасть под дурное влияние.

– Ну, как хочешь. Свято место пусто не будет. А чего к нам пришёл? По делу?

– Можно сказать и так. Посмотри на этих гавриков, – он протянул Пуркису портреты, уже переведённые на фотоплёнку и уменьшенные до приемлемых размеров. – Не исключено, что они околачиваются где-то на вашей территории.

Близоруко щурясь, Пуркис стал рассматривать портреты, вызывавшие определённое недоверие даже у Цимбаларя (очень уж они походили на маски, которые в одноимённом фильме постоянно менял злодей Фантомас).

– Солидные дядьки, – заметил Пуркис. – На стырщиков не похожи. Наверное, фармазоны или аферисты.

– Не угадал. В общем-то они люди законопослушные. С криминальным миром контактов не имеют. Но им известно нечто такое, что и нам нужно знать позарез.

– А делиться информацией добровольно они, значит, не хотят, – понимающе кивнул Пуркис.

– Не хотят, – подтвердил Цимбаларь. – Да и мы им своих карт пока не раскрываем. Под приватных особ работаем… Кстати, один из них по профессии радиоинженер.

– Радиоинженер… – Пуркис задумался, постукивая розыскными снимками по столу. – Какого-то радиоинженера мы недавно задержали. Торговал из-под полы контрафактными мобильниками. Подожди-ка…

Он принялся перебирать бумаги, грудой лежащие на столе. Бумаги это были не простые – за каждой из них стояли чьи-то крупные неприятности, немалые деньги, административные сроки и даже настоящее человеческое горе.

Чтобы обмануть демона невезения, незримо витавшего над его забубённой головушкой, Цимбаларь сказал:

– Не суетись. Так не бывает, чтобы я случайно зашёл куда-нибудь на пять минут и сразу нашёл то, что вхолостую искал уже целую неделю.

– Всё бывает, – возразил Пуркис. – Мы тут недавно в ночной клуб выезжали. Кто-то там нашего стукача подрезал. Народу пропасть. Сплошная молодёжь и все обкуренные. Добиться ничего невозможно. Стал я обыскивать всех подряд и буквально у третьего мазурика нашёл в кармане окровавленное пёрышко. За чистосердечным признанием, сам понимаешь, дело не стало.

– Тебе всегда везло, – вздохнул Цимбаларь. – Помнишь, вы однажды шалашовку кинули на бригаду. Кажется, под Новый год это было. Все триппером заразились, а тебе хоть бы что.