Читаем Особый контроль полностью

В кухню вбежала возбужденная Лариса в легоньком ситцевом халатике. Сразу же заглянула в шкатулку.

— Ой, да ты еще положил? Спокойно, Миколка! Рассказывай. Теперь мы прекрасно доживем до конца месяца. Рассказывай же. Ты получил гонорар? За что? Дай почитать. Кто тебе печатал?

— Ларисочка, оставь меня в покое… Собственно, что тебя разволновало? Ну, появилась копейка… Неужто такое, ах, событие?.. — Микола медлил, понимая, что прежде всего ему самому надо во всем разобраться и самому успокоиться. — Так, в одной редакции попросили поработать… внештатным… Закончил же я литинститут, есть у меня и вкус и опыт… — безбожно врал Микола. — Толком еще не знаю, как они мне заплатят, но обещания были заманчивые…

— Ну, зачем такой дорогой коньяк покупал? Бешеные ведь деньги. Он же рублей пятьдесят стоит? Да? А с кем ты пил? В какой редакции?

— Все-то тебе расскажи… Обойдешься пока. Ты же знаешь, я суеверный. Настанет время, обо всем узнаешь. Главное — все хорошо.

Микола взял стаканчик, сполоснул его под струей теплой воды, сложил и бережно положил в карман.

— Устал я сегодня. Давай ужинать. Я пораньше лягу спать. Заслужил.

— Пьяный ты сегодня, как зюзя, — ласково сказала Лариса.

Всю ночь Микола провел в напряженных и болезненных размышлениях и сопоставлениях. Он делал вид, что спит. Лежал с закрытыми глазами и припоминал все до малейших подробностей, начиная со встречи со своим сероглазым “двойником” идо появления очередной трешки. Связь между выпитым коньяком и появлением денег была несомненной.

“Квази-рези-мези… с выраженным управляемым перемещением рабочего агента… Квази-рези-мези… Пылесос истории… Ну, Жора, ты даешь! Где же тебя искать? И нужно ли тебя искать? Ты не просил тебя искать? И не сказал, что будешь искать меня… Квази-рези-мези… Экспериментатор… Пылесос-ных дел мастер…”

— Миколка, ты не спишь?

“Если это действительно так, то… Нет, так просто не может быть! Это фантастика! Я лишку выпил. Пиво с “Наполеоном” никогда раньше не пил и одурел с непривычки. Бред? Но Лариска… Она-то трезвая…”

Он был готов вскочить и бежать среди ночи к друзьям, поднять на ноги соседей, только бы выцыганить под любым предлогом бутылку любого спиртного, наполнить блестящий “солнечный стаканчик” и выпить. А может, нужен только “Наполеон”? Вполне возможно.

— Ты с таким трудом дышишь. Ты не спишь, Миколка?

Ему никак не удавалось разобраться в том, что произошло, но понимал — попал в такую ситуацию, которая не может не подарить ему хотя бы временной радости. Временной? Почему временной? Лишь потому, что ничего нет вечного в этом мире? Как пришло, так и уйдет? Какая несправедливость! Как несправедлива жизнь!

— Ты завтра идешь на работу?

“Какая может быть работа завтра? Тут такие события раскручиваются. Нужно во всем поскорей разобраться. За подкладкой пиджака припрятана от Лариски десятка… Мало. О “ Наполеоне” нечего и думать…

А если система работает на чем-либо подешевле. Надо проверить все — от пива и сухих вин до водок и разных коньяков. Но в десятку никак не уложиться. Господи, как говорила моя мама, почему люди бывают бедными? Потому что глупы? А почему бывают глупы?.. Потому что бедны? Всю жизнь считаешь копейки и зависишь от них. Вот и сейчас. Такой казус случился, такой многообещающий эксперимент. Да тут и сотни не жаль. Так нет же! Дудки! Нищета проклятая! Надо бы у Лариски еще одну десятку взять. В конце концов, если все ладно будет, то и назад вернется. А если нет, то не обеднеем”.

Ночью вспомнил о том, что забыл хотя бы заглянуть в комнату отца. Но…

“Батя простит. Но я и так не каждый день с ним вижусь. И он без меня не скучает. Лежит себе, телевизор смотрит. И почти ни с кем не разговаривает. Даже с внуком. А следовало бы деду больше общаться со своим внуком. Говорят, что общение с детьми лечит и омолаживает. Скажу об этом батьке. А то лежит и только кашляет. Старый уже… Лариска говорила, что покормила его и все сделала… Значит, все в порядке…”

— Тебе не холодно? Может, форточку закрыть?

“Так что же получается, если с умом, то — живые деньги… Как в кабине космического корабля — регенерация, круговорот и взаимный обмен газов, воды… Безотходное производство… Обалдеть можно. Ну, Жора, ты даешь! А если пить чужое? Вот тебе и заработок? Господи, уже утро?”

…Из рубанка вырываются красивые завитки ароматных стружек. А Витька Кисляк, — такая фамилия у рябого с веснушками соседа по верстаку, — коварно накидал ему полную пазуху стружек с опилками. Они тогда здорово подрались, до крови. Разнимать их прибежали два преподавателя училища. А Микола, еще слабый паренек, безуспешно дергался в сильных руках и истерично со слезами кричал: “А за что он меня? Пускай себе опилки напихает! А зачем он мне? Я ему полный рот стружек набью! Гад этакий! За что он меня?!” Витька Кисляк стоял возле верстака, его никто не держал, вытирал разбитую губу и виновато повторял: “Я просто пошутил. Я всем опилки за пазуху кидал. Все только смеялись… Я просто пошутил…”