Читаем Особо опасны полностью

С какой-то невероятной скоростью из «линкольна» выскочил Чон и направил пушку на водителя. Тот начал было сдавать назад, но быстро передумал, стоило Чону только потрясти пистолетом у его лица. Пассажир тоже потянулся за оружием, но его опередил Бен, возникший у его окна с пистолетом 22 калибра в руках.

— Бросай пушку, — сказал он фразу, которую так часто слышал по телеку, что едва удержался от смеха, произнеся ее вслух. Впрочем, мужчина его послушался и осторожно положил пистолет на пол машины.

Открыв дверь автомобиля, Чон вытащил водителя на улицу и швырнул его на землю. Бен жестами велел вылезти пассажиру.

— Вы не понимаете, на кого наехали, — сказал тот по-испански, выбравшись из машины. — Мы из «Ла Трейнте».

Бен направил пушку на землю — ложись, мол.

Мужчина фальшиво зевнул, демонстрируя, что ему совершенно не страшно, и осторожно улегся, стараясь не запачкать красноватой землей белую рубашку.

Пока Чон держал на мушке водителя, Бен забрался в кузов грузовика и принялся искать деньги. В куче денег был спрятан GPS — прибор для навигации и определения местоположения. Его Бен вышвырнул вон.

— Vamanos,[53] — сказал он.

Двумя выстрелами Чон продырявил передние и задние колеса у грузовика, после чего они с Беном забрались в «линкольн» и умчались.

150

— Как же клево! — в совершеннейшем восторге кричал Бен.

Его переполнял адреналин — эндорфины бились в клетках с энтузиазмом шизофреника, швыряющего об стенку теннисные мячи. Такого взрыва эмоций Бен еще никогда не испытывал.

— Сосчитай, — велел Чон.

Семьсот шестьдесят пять тысяч пятьсот долларов.

Неплохо для начала.

151

— Мы нашли «линкольн», — сообщил Гектор Ладо.

— Где? — передернулся Ладо.

— Стоял припаркованным у вокзала Сан-Хуана, — ответил Гектор. — Зарегистрирован на Флойда Хендриксона. Хмырю восемьдесят три года. Он заявил об угоне сегодня утром.

Гектор с Ладо решили поговорить с водителем и pendejo, который ехал с пушкой на пассажирском сиденье.

Они отвезли их на большую заброшенную ферму возле Индио и заперли в ангаре с тракторами и прочим дерьмом. После того как те оказались на грязном полу, возле стенки из гофрированного железа, парочку одолел словесный понос. Они трещали, не умолкая — налетчиков было двое, с двумя пистолетами и дробовиком, и сразу стало понятно, что это настоящие профессионалы.

Ладо и так понял, что налет совершили не любители — они ведь знали когда, где и что будут перевозить. И сразу же выбросили GPS.

— Их было двое? Вы уверены? — уточнил Ладо.

Да-да, закивали мужчины, они абсолютно уверены.

Двое высоких мужчин.

Очень интересно, подумал Ладо.

И на них были маски.

— Что еще за маски?

Ведущих американских шоу.

Джея Лено и этого…

— Леттермана, — вспомнил водитель.

Пассажиру удалось запомнить модель и номер автомобиля.

— Удивительно, что они вас не тронули, — заметил Ладо.

Да, им ужасно повезло, радовалась парочка.

Ну ничего. Недолго вам осталось радоваться, подумал Ладо.

152

Вряд ли эти двое врут, признал Ладо. Да и сами глупые ленивые трусы тут ни при чем — ну, кроме того, что ничем не помешали налетчикам.

У cabrons[54] в Мексике семьи. Это необходимое условие для работающих в картеле по эту сторону границы — в случае провинности картель мог влиять на работников через их родных и близких.

Какие уж тут рекомендации! Хочешь гарантировать хорошую работу и верность подданных — держишь под рукой всех их родителей, братьев, сестер и даже кузенов. Обычно мужчины, с легкостью рискующие собственной жизнью, очень ценят жизнь своих родственников.

Ладо бросил на землю кнут.

Два высоких парня, говорите…

Нет, не может быть. Как два gueros узнали, где их тайник? Как узнали маршрут, которым пользовались курьеры?

Им это не по силам.

Нет, тут явно поработал кто-то из своих. Может, и не эти два идиота, но явно кто-то из картеля.

— Убери их, — бросил Ладо Гектору.

153

Модная кафешка на пересечении Ритц-Карлтон-драйв с Тихоокеанским шоссе выходила на побережье.

Чон называл это место не иначе как «Рай для вуайериста». Не раз и не два он присаживался за столик на открытой веранде, заказывал капучино и наслаждался шеренгами молодых богатеньких мамаш, бегающих рядом со своими отпрысками на трехколесных велосипедах. Стройные фигурки, обтягивающие футболочки (или модные свитерки, если холодало) и спортивные штаны в облипочку.

— Это первая смена, — говорил он Бену.

Во второй смене состояли клиентки дорогущего детского сада с той же улицы. Мамочки чуть постарше девиц из первой смены отводили туда детишек и шли вереницами в кафе — побаловать себя латте, а после латте — приятным перепихом с Чоном.

— Им скучно жить, и они вечно дуются на мужей, — объяснял Чон, — идеальные кандидатуры для постели.

— Вот ведь ты прелюбодей.

— Так я же не женат.

— Эх, и что же стряслось в нашем мире с моралью? — вздохнул Бен.

— То же, что и с компакт-дисками, — пожал плечами Чон.

Им на смену пришли более современные, быстрые и простые технологии.

— Что бы сказала О, узнай она про твои грязные делишки, а? Об этом ты не думал? — поинтересовался Бен.

— Ты чего, смеешься? Да она сама мне телок отбирала.